Магистр Ренье один из тех, кому абсолютно безразличны все светские пересуды.

Я не буду прятаться от газетчиков за стенами дома. Не дождутся. Загляну к профессору обязательно, только переоденусь.

— А можно с тобой? — все же оставаться наедине с Дарками было неловко, а имя рецензента мне было до боли знакомо.

— Конечно.

«Переоденусь» затянулось. Сначала я не нарадовалась ванне, потом из окна второго этажа по очереди сиганули три журналиста и одна ожившая норковая шапка (Клим развернулся вовсю, видимо, его дар некроманта обещал минимум уровень штормовика). А потом мисс Дарк предложила выбрать мне один из ее нарядов для визита к господину Ренье.

В итоге к магистру мы оправились далеко за полдень.

Он.

Наконец-то очередной его эксперимент увенчался успехом! Дух, вселенный в юное тело, не просто в нем укоренился, но и сохранил при этом память. Правда, его «эталонный образец» грозил вот-вот умереть… Последнего нельзя было допускать ни в коем разе. Особенно теперь, когда осталось сделать всего лишь шаг.

Очередной приступ скрутил его. Резко, стремительно, грозя забрать с собой по путям лабиринта. Он упал на ковер, смахнув со стола папку с отчетами и разлив чернила на пестрый ковер с плотным ворсом. Его ноги и руки дергались в конвульсиях, тело выгибалось от боли. И все же, спустя несколько минут, показавшихся ему вечностью, приступ закончился, оставив в память о себя тремор в руках и липкий вкус во рту. А еще — несколько синяков на бедре и правом боку: так его тело отметило встречу с полом.

— Медлить нельзя. Совсем нельзя, — он старался говорить твердо. Не важно, что пустому кабинету, где кроме него не было никого. — Завтра я могу не пережить еще один такой приступ.

Тэд.

Сознание возвращалась медленно. Толчками. Рваными ударами сердца, которое, в отличие от разума, хотело жить. Тэд открыл глаза. Сначала ему показалось, что он лежал на сером песке, но потом понял: на тлене. Том, что оставляет после себя время, превращая камни, дерево, вещи в пыль.

Под ним была лужа. Теплая, липкая, с запахом, который ни с чем не спутаешь. Разошлась недавняя рана. Это из-за нее он потерял сознание. Это она — виновница того, что его же собственный дар не выжег его до конца.

Тэд поднялся. Сначала опираясь на ладони и колени, потом распрямляясь. Его штормило. Перед глазами все плыло, а в голове была лишь одна мысль: «Надо уходить».

Лабиринт приветливо раскрыл навстречу ему свою темную пасть.

Тэд шел по миру без теней, а на него смотрели тысячи глаз, за спиной слышался шепот, но никто, ни одна тварь не смела к нему приблизиться, хоть он, обнаженный, и истекал кровью.

Порождения бездны чувствовали: если он и сойдет с ума, то теперь сам, по собственной воле.