– Я знаю, как спасти нас от голода, Ла Вей, – продолжил граф. – Точнее, знаю, что со временем приведет нас к процветанию. Новое предприятие Редмонда. Сейчас они проверяют грузы индийских специй, чая и шелка, так что мы можем использовать «Фортуну» в качестве транспорта. Нам не придется управлять кораблем, мы можем нанять капитана и команду. Однако существенный доход мы получим лишь спустя несколько месяцев. А тебе деньги нужны гораздо раньше, насколько мне известно…

«Гораздо раньше. Мсье Легран продаст Ле-Пьер-Держан, если я не найду деньги в течение месяца».

Ла Вей непроизвольно повернулся в сторону Александры. Та любезничала с каким-то молодым человеком, чье имя принц уже успел забыть.

Странно, но он не ощутил ни единого укола ревности.

– Так ты возьмешься выполнять задание короля? Будешь искать кого-то мне на замену? Как будто это возможно… – попытался пошутить Ардмей.

– Не знаю, – рассеянно ответил Филипп.

Он действительно не знал.

– Тебе надо жениться, Филипп, – заметил граф, проследив за взглядом ла Вея. – Ты одинок.

Как и полагается представителю сильного пола, Филипп фыркнул, услышав слова, столь недостойные мужчины. Однако они оба знали, что Ардмей прав.

Несколько мгновений они молчали.

– Как ты думаешь, – наконец медленно проговорил Филипп, – брак с неподходящим человеком может заставить еще острее почувствовать одиночество?

Услышав этот вопрос, граф медленно повернулся к Филиппу и вопросительно посмотрел на него.

Тот тщательно избегал смотреть в глаза другу.

– Я был сиротой, – начал граф. – И женился на единственной женщине, которая захотела вступить со мной в брак. Но я абсолютно уверен: бесконечно лучше чувствовать, что ты кому-то принадлежишь. Думаю, ты и сам это хорошо знаешь.

Филипп ничего не сказал на это. Его взор устремился к гардеробной. Даже мысли об Элайзе казались какими-то сладкими, наркотическими. А рядом с ней он почувствовал себя лучше, свободнее, более спокойно.

– Ну вот, теперь ты чему-то улыбаешься. Чему же? Кто она? – спросил граф.

Филипп повернулся к нему. Судя по его лицу, он смирился и сдался. Это подтверждало подозрения Ардмея.

Однако Ла Вей не собирался называть ее имя.

Граф тихо фыркнул:

– Я точно знаю еще кое-что, Ла Вей. Было время, когда я считал, что мне нужно жить без Вайолет, и тебе это тоже известно. Но она стоит жертвы."

"– Думаю, у каждого мужчины есть свое определение жертвы.

– Согласен.

– Как ты думаешь, Лайон Редмонд по-прежнему любит Оливию Эверси?

– Неужели мы раньше вели подобные разговоры, а теперь стали стариками?

– Мы вовсе не старики, – возразил Ла Вей. – Просто мы немного устали.

Граф засмеялся:

– Думаю, любовь к Оливии Эверси была частью того, кем был Лайон Редмонд, так долго, что даже он не знает, когда все это началось.