— А вы подслушиваете? — возмущенно сказала она. — Это нечестно! — Любе вдруг стало страшно, а вдруг он знает о её «подселившейся» душе.

— Вас невозможно подслушать! — обиженно ответил ей демон, потирая виски. — Но вы так громко думаете, что сбиваете с толку, мой дар невольно реагирует сам.

— В смысле невозможно подслушать? — удивилась Любовь Павловна.

— А что вы знаете о менталистах? О том, как мы читаем мысли? Как мы понимаем, чьи мысли слышим, если рядом много людей?

— Да ничего, — смутилась женщина. Она не рассматривала вопрос под этим углом, да что таить, она вообще об этом не думала.

— Мы не только слышим, но и видим, мисс. Только в собственном воображении, — ректор вскочил и принял позу оратора, Люба, не сдержавшись, хихикнула. — Никакого почтения, — буркнул Ассгейр и сел обратно в кресло. — Вот смотри, когда я отпускаю дар, то до меня доносятся обрывки мыслей, они, как сгустки энергии пролетают мимо. Но стоит сконцентрироваться на какой-то, то я понимаю чья это мысль, если это нужный человек, то мой дар идет по остаточному следу и попадает в его разум. А вот последний возникает в моем воображении в виде дома, у него может быть защита — забор, ограда, стена, а может и не быть, допустим, как у тебя, — Любовь дернулась задать вопрос, но он лишь шикнул на неё. — Тс-с-с, расскажу сначала, потом вопросы задашь. — Когда препятствие преодолено, подходим к дому, у людей честных обычно это добротное строение двери открываются легко, им нечего скрывать, но и делать в их головах нечего, разве что посмотреть у свидетеля, что он не помнит сам. А вот если есть что скрывать, то возникают запертые дверцы, темный подвалы и чердаки. Задача менталиста найти отмычки и увидеть тайны, подобное мы не слышим, а именно видим, как воспоминание, как движущиеся картинки. Теперь о тебе, ты же точно хотела про себя спросить, — улыбнулся ректор — обрывки мыслей твоих я слышу, и даже пройти по следу могу, и нет стены у твоего дома, но его окружает такой плотный туман, что пройти к цели практически невозможно, голова начинает болеть спустя секунды. Это плюс для тебя, никто не сможет увидеть скрываемое, но и минус, так как доверять тебе полностью у меня не получится. Я могу лишь определить, лжешь ли ты в ответ на поставленный вопрос или нет.

— И что же мне делать с этим? — растерянная Люба чуть не выронила ручку, которую все это время крутила в ладони.

— Ничего, просто стараться отвечать на мои вопросы честно, мисс Авалон, — ректор откинулся в кресле. Вы должны быть со мной откровенны, Лея, чтобы помочь познать ваш дар я должен быть в курсе, как вы его использовали"".

«Откровение за откровение», — хмыкнула про себя Любовь Павловна, не удивленная хитрым ходом ректора.