Обездвижить бы его»."

"Тут под её пальцами вместо ткани мягкой ткани твидового костюма почему-то оказался твердый холодный камень. Она отпряла от мужчины и к своему ужасу поняла, что превратила его одежду в статую.

Глава 6. Дуэлянтов разнимать не надо, пристрелить обоих и привет…Пока они не замыслили общую подлость

Любовь прикрыла рот ладошкой, представляя, что сделает с ней ректор.

— О нет, милая, я бы вас наказал по-другому, — зарычал демон, разламывая камень изнутри.

— А я предупреждал вас о причудах магии мисс Авалон, — в интонации эльфа слышались и облегчение, и злорадство.

— Я тебя не спрашивал Гесриэль!

— И потому попался как последний кирч, Эспен, — хмыкнул лекарь, чем вызвал частичную трансформацию у своего старого друга и непосредственного начальника.

— А кто такой кирч? — позабыла о страхах Любовь Павловна.

— Это птица такая, — окончательно разломав статую, просипел краснеющий демон. Окаменела вся одежда, и неожиданно для себя он оказался свободным и голым.

— Глупая очень, — легкомысленно хихикнул мистер Аларион и спрятался от ректора за креслом.

— Вы плохо на него влияете, мисс Авалон, — демон прикрылся кинутой в него простыней на манер тоги.

— Я не сказал бы, что ты сейчас вел себя адекватно.

— Да, и это очень странно, ментального воздействия я не ощутил, но странные чувства возникли, — полный желания взгляд упал на Любовь. — А вот в разум я попасть не смог, в вашей голове, мисс, полный бардак. Но это так забавно.

— Вообще не очень «забавно», когда у тебя в мозгах кто-то копошиться. Я бы даже сказала, неприятно.

— То есть вы ощущаете мое воздействие? — интерес в глазах демона из сексуального стал исследовательским. Он даже в простыне выглядел профессором до мозга костей, чем сильно подкупал Любовь Павловну. Даже лекарь при всей своей привлекательности соперничать с ректором не мог. Хотя, может просто этот типаж был женщине ближе. Он казался более мужественным, и был более напористым.

— Еще как, давит до тошноты.

— А как вы влияете на материю?

— Не знаю, спонтанно получается, — растерялась Люба.

— Что же. Спонтанность это плохо. С другой стороны, многие первокурсники не контролируют себя, да и вы, мисс Авалон, — он так странно произносил её фамилию, словно не было инцидента с поцелуем и голым торсом. — Вроде влияете только на неживую природу вещей. Я думаю, вас можно вернуть к учебному процессу. За безопасность можете не волноваться, виконта Фламе ждет разговор о равенстве студентов в рядах академии. Да и вы в состоянии себя защитить.

Любе стало одновременно и радостно, все же в четырех стенах сидеть, когда за ними огромный, волшебный мир не хотелось совсем, но при этом и страшно, от неизвестности, что ждала её за этими стенами.