— Ты хочешь досмотреть спектакль?

— Уже нет. — В мягком голосе графини появились звенящие нотки.

— Матильда полна решимости? Интересно, граф, сколько вы продержитесь против вашей жены… — усмехнулся Амстел. — Мое… э-э-э… почтение князю фон Эйсену!

Он кивнул и, взяв Эмбер под руку, вывел ее из зала. В полном молчании супруги спустились по ступеням и сели в карету, уже ожидавшую у входа.

— На будущее, моя дорогая, я прошу вас все-таки избегать встреч с этой милой компанией, — скучающе протянул герцог, как только экипаж тронулся с места. — Я, конечно, получил… гм… некое удовольствие от общения, но оно не должно быть слишком… гм… частым.

— Как пожелаете, мессир.

Эмбер отвернулась к окну. Она физически ощущала на себе задумчивый взгляд мужа, но сделала вид, что не замечает его.

Наконец карета остановилась. Амстел вышел первым и, по обыкновению, протянул жене руку. Она было оперлась, но тут же отпрянула, сославшись на боль от порезов. Не глядя ни на кого, герцогиня поднялась в свою спальню и легла на кровать, по-детски свернувшись калачиком. Хотя слезы стояли в глазах, плакать почему-то не хотелось.

Когда герцог Амстел поднялся в спальню жены, она уже крепко спала, прижимая к груди забинтованную руку. Лицо было влажным от слез.

Фернанд аккуратно смахнул соленую влагу с бледной щеки, а затем, не удержавшись, аккуратно вынул шпильки из прически и пропустил пепельные пряди сквозь пальцы. Эмбер что-то пробормотала во сне. Герцог грустно усмехнулся и вздохнул. Расстегнув мелкие пуговки на платье жены, он вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Услышав шаги на лестнице, герцог повернулся:

— Маркус?

Начальник охраны тяжело дышал, волосы прилипли к высокому лбу.

— Мессир, Доменик Амстел… Его убили.

Герцог выругался. Похоже, ему вновь придется не спать всю ночь. Вздохнув, он в сопровождении Леманна поднялся на чердак.

Через несколько минут случайный обыватель, посмотрев на небо, мог заметить, как от особняка герцога Амстела в темноту ночи взмыли два дракона. Но случайные обыватели редко проходили в такое время мимо этого дома.

Глава 14"

"Эмбер проснулась утром и с удивлением обнаружила, что платье расстегнуто, а волосы, вчера уложенные в сложную прическу, распущены.

Все шпильки аккуратно лежали на туалетном столике. Сама она точно этого не делала. Сердце забилось сильнее. Девушка поняла, что герцог был ночью в ее комнате, но почему-то не стал ее будить.

Вздохнув, она размотала платок и внимательно осмотрела порезы. Они почти затянулись, хотя при резких движениях еще болели. Стараясь действовать аккуратно, герцогиня сняла окончательно испорченное платье и позвала горничную.

Сидя за завтраком в одиночестве, девушка изучала шрам на своей руке.