Ей быстро удалось понять, что невзрачный дядечка Игорь Иванович здесь почитается кем-то вроде бога, потому что, как только произносились волшебные слова «это от Гара», отношение к Ирине мгновенно менялось. Хмурая перевязочная сестра вдруг расцвела и достала из закромов какую-то невиданную доселе импортную повязку, постовая сестра принесла ей халат, старый, застиранный, но не очень страшный, гинеколог заглянул еще раз в обед с огромной бутылью микстуры Кватера, и даже буфетчица, хоть не могла предложить ничего, кроме воды, все же налила ее в кружку с самыми красивыми цветами.

К сожалению, таксофон находился в другом конце отделения, а такую дистанцию она еще была не в силах одолеть.

Занавески в палате были легкие, но давали хорошую тень, солнце не припекало, и Ирина, отхлебнув микстурки, после обеда легла спать.

Кирилл с Егором появились, как только начались приемные часы.

Получив сумку с туалетными принадлежностями, Ирина сразу выгнала их в коридор, умылась по-человечески, почистила зубы и причесалась. Кирилл молодец, принес ее лучший, самый нарядный халатик, только не учел, что он теперь с большим трудом сходится на талии.

Ладно, при нем можно потерпеть, а потом она наденет страшный, но уютный больничный.

Ирина вышла в коридор. Сын крепко обнял ее, и ей вдруг в этом почудилась не только любовь, но отчаяние и страх. Она взъерошила Егору волосы:

– Ты испугался за меня?

Он помотал головой.

– Не бойся, ничего со мной не случилось и не случится. Через неделю я уже буду дома."

"Егор снова прижался к ней. Бедный, он не знает, что такое аппендицит…

– Это такая неопасная болезнь, типа насморка или разбитой коленки.

– Я ему говорил, – улыбнулся Кирилл.

– Ну вот, сам видишь теперь. Только, Кирилл, зря ты его привел, – сказала Ирина, понизив голос, – мало ли какая тут зараза.

– Ничего, руки с мылом помоет, – отмахнулся он, – но вообще да, нас вместе пускать не хотели, пока не узнали, что мы к тебе.

– О, да, я тут пациентка номер один, скажи спасибо моему заседателю.

– Да мне Дохлый уж рассказал, как он тебя спасал. Спасибо мало, коньяк нужно будет ставить.

– Только после процесса.

Тут освободился диванчик в углу под гигантской монстерой, и семья устроилась там.

– Вы книжку мне принесли?

– Дохлый принесет.

Я ему сказал, что ты от творчества его папаши без ума, так он обещал на выбор… Хоть даже из неопубликованного, пожалуйста, лишь бы ты поправлялась.

– Как это он принесет, если проклят?

Кирилл развел руками, мол, не знаю, но как-то принесет. Ирина поморщилась. Похоже, осталась она без печатного слова.

– Санлистки пока можешь почитать, – улыбнулся Кирилл и показал глазами на Егора.

Тот, не тревожась больше за мать, как завороженный изучал стенгазету, посвященную язве желудка.