Просто чтобы почувствовать, как это – оказаться в постели с вот таким парнем… Впрочем, я об этом сразу же забыл, увидев этого придурка, который у меня на день святого Валентина (сейчас даже вспоминать неприятно, я вел себя, как полный идиот) карманы обчистил. И надо было видеть, как Стас его к стенке припёр! Он его даже не бил, а этот мудачок уже всё рассказал. Странная какая-то история… Кому сдался мой паспорт? Ладно, это подождёт. А пока – пока длится самый замечательный день и он не должен окончиттся из-за какого-то кретина. Нас ждёт пустая квартира, джакузи и… И я должен сказать, найти какие-то слова, чтобы Стас понял. И тогда я точно буду знать, что делать дальше.

Всё, что меня касается,

Всё, что тебя касается,

Всё только начинается

На-чи-на-ет-ся!

Вот же привязалась песня, которую исполняли на сцене, как раз когда мы уходили. Я держал Стаса за руку, наслаждаясь её теплом, и думал, что вот так, в темноте, прерываемой лишь редкими фонарями и фарами встречных машин, рядом со Стасом, я готов ехать бесконечно. Водитель – какой-то новый, не помню его тут раньше, видимо, был проинструктирован, музыку не включал, презрительных гримас не корчил. Мы ехали и я впадал в какой-то транс и казалось, что мы никогда не доедем…

И тут машина остановилась.

====== 47. Всё, что меня касается ======

То, что случилось дальше, я помню плохо. Иногда, напрягаясь и слушая других (в основном Стаса, конечно), мне удаётся восстановить всё произошедшее, но в те минуты я ничего не обдумывал и не анализировал. Это была паника – чистая, без каких-либо мыслительных проблесков. Последнее, что я помнил действительно, – как держу Стаса за руку, в голове крутится «Всё, что меня касается, всё, что тебя касается…» и редкие фонари обдают нас волнами электрического света. А потом машина останавливается. Ещё – короткая досада: «Мы ведь ещё не доехали, неужели машина слома…»

А потом был резкий свет со всех сторон и я захлебнулся холодным воздухом, когда меня рванули из машины и заломили руку за спину. Удар по голове я пропустил, всё просто закружилось вокруг и меня затошнило. Вырваться было невозможно – держали крепко, яркий свет слепил глаза. Фонарь качнулся и первое, что я увидел, был Стас.

Он стоял напротив с заломленными руками, по бледному лицу текла кровь. И звуки, звуки – кажется, слух начал ко мне возвращаться.

– … нет, это такой высокий, белобрысый. Что? Понял, хорошо.

– Что за хуйня? – в горле пересохло и язык слушался плохо. Я пытался понять, что такое произошло. Чьи-то руки прошлись по телу и я скорее догадался, чем почувствовал, что мне выворачивают карманы. То же происходило со Стасом, я даже видел, как мелькнул мой подарок – сотовый телефон. Видимо, Стасу пришлось хуже, чем мне, – его держали двое, он смотрел куда-то вниз.