А что ещё нужно в этой жизни?

Самоутверждение? Возможно.

Но, с работой у меня не получилось, просто потому что — незачем, когда всего достаточно. А лично для себя самой и своей души, я начала рисовать настоящие картины. Теперь у меня есть своя галерея. Частые выставки. Где я занимаюсь благотворительностью, для детей-сирот.

Мне удалось восстановить справедливость, во всех детских домах, где творился беспредел. Виновники были наказаны и лишены воли на долгосрочный период.

Конечно, всё это я добилась с помощью Никона, но по — другому, он бы мне не позволил этим заниматься.

Я благодарна ему, за каждую минуту счастья, которую он мне подарил, за любовь, мечты, которые сбылись благодаря нему, и я буду всё делать для того, чтобы в нашей семье всегда царила любовь, покой, тепло и уют! Всё то, что будет зависеть от меня — я сделаю!

Отрываюсь от мыслей, возвращаюсь в реальность, а Ник, тем временем, опускается ниже, скользит гуммами по животу, выписывает языком круги возле пупка, нежно покусывает зубами, и я вспоминаю о том, что так и не сказала ему о сыне.

Борисович посодействовал мне, в сбережении моей тайны, обследовав меня под предлогом, приёма у стоматолога, и вот я торопилась домой, чтобы сообщать Никону важную новость. А он меня с порога сгреб в охапку и сразу отнёс в комнату. Ведь Мия наконец-то уснула.

— Ник! — начинаю я, пытаясь его остановить от продолжения. Его язык всё наглел и наглел, опускался ниже, прикасался жарче. А мои мысли путались, и я понимала, что вскоре буду не способна мыслить здраво. — Ник! — повторяю я, когда он на первый мой зов не реагирует.

— Детка, давай повременим с разговорами, — ворчит он, отрываясь от меня. Знает, что иногда у меня бывают такие странности, в самый неподходящий момент — поболтать. — У меня член колом стоит. Хочу тебя безумно! — добавляет, вновь склоняясь к животу."

"— Я беременна и у нас будет Марк, — всё же, решаюсь сказать, и Ник сразу отстраняется, заглядывая в мои глаза, словно пытался понять шучу я или нет. — Срок — уже шестнадцать недель. Прости, но я сама слишком поздно поняла, а потом хотела сделать тебе сюрп…

А Ник обрывает меня на полуслове поцелуем. Таким нежным и чувственным, что у меня всё внутри затрепетало.

— Спасибо! — говорит он мне. — Спасибо тебе, что подарила мне семью…настоящую любовь и это чувство…счастья! Я люблю тебя котёнок. Безумно сильно люблю.

— И я тебя люблю, Никон. Ты тоже мне дал это всё…счастье, любовь, семью…, - пытаюсь сказать я, чтобы тоже поблагодарить его, но Никон вновь целует меня в губы, обрывая мою речь.

Его поцелуй, теперь уже жадный, неистовый, бурный, и мы воспламеняемся с новым чувством в одно мгновение.