Мы потом поговорим, когда ты протрезвеешь, когда станешь тем Мишей, который спас меня и помог мне.

- Ты про того лоха, которого обвела вокруг пальца и дергала за веревочки как марионетку? Про того, что тратил на тебя бабло и покупал жрать, а ему даже ни разу не обломилось? Ты про него? Так его нет!

Он развел руками.

- Я его того! Тюк! И прибил!

Он вдруг оскалился, дернул меня за обе руки к себе, выкручивая их за спину.

- Я тебя сейчас оттрахаю на этом матрасе. Вы же тут с ним, а? Как он тебя раком? Или по-миссионерски? Говори!

- Ты…омерзителен!

- Да! Я же не президент. Мне тебе нечем особо заплатить. Но ты мне, итак, задолжала. Я поставлю тебя раком и буду долбить во все дырки. Ты ему везде давала? Или есть девственные дырочки?"

"Он потянул за змейку своих штанов, а второй рукой попытался дернуть мою кофточку, отрывая пуговицы. Я его оттолкнула, но он схватил меня за волосы.

- Хочу тебя с первой секунды, сучка. С первого мгновения. Ты же тугая, да? Потому он тебя выбрал? Ты же особенная раз сам ОН…запал на тебя. Медом помазанная.

Толкнул меня на пол и двинулся на меня тяжелыми шагами.

- Черноволосых не драл никогда. Вечно попадались русые, белые, а таких, как ты ведьма, никогда не было. И кожа у тебя сливочная, мягкая…

Я набрала в легкие побольше воздуха. Если очень громко закричать, может, кто-то придет мне на помощь. Услышат соседи. Петровна или Виктор Анисимович. Но тогда я разбужу Льдинку, он заплачет и кто знает на что решится этот обезумевший психопат? Надо молчать. Надо стерпеть и выжить ради Льдинки. Мне нельзя умирать, нельзя заставить психа тронуть моего сына.

- Давай, сука, снимай трусы!

Схватил за шиворот, и я чуть не задохнулась. Его рука потянула кофту на себя, раздирая пуговицы.

- Всегда сладко пахла, всегда манила к себе, всегда соблазняла. Глаза твои сучьи зеленые.

Я впилась в кофту дрожащими пальцами, не давая ее с себя стянуть.

- Я сказал, ноги развела в стороны, трусы сняла. Я буду тебя еб***ть!

Изловчилась и харкнула смачно в его вонючую рожу, которую успела возненавидеть сильнее всего на этом свете. А он наотмашь ударил меня по лицу, разбил мои губы в кровь.

- Давай соска президентская! Раздевайся, мразь! Не корчь из себя целку!

- Я… я женщина президента, я принадлежу ему. Тронешь и тебя сгноят, как и многих других, кто просто смел посмотреть.

- Сгноят? Да ты на х*й ему не нужна! Где он? Два месяца его нет! Он занят перевыборами! Занят возвращением трона и войной с Золотаревым! Ты ему зачем шалава подзаборная? Так что раздевайся, шваль.

Паника накатывала волнами и становилась нестерпимой. Если он притронется ко мне, я умру. Если попытается изнасиловать у меня просто откажет мозг и я стану ненормальной. Я наложу на себя руки! Как я буду жить с этим дальше?

Ублюдок схватил меня за волосы, развернул спиной к себе.