Я сказала ему, что расскажу вам об этом.

— Спасибо, — серьезно кивнул Дэлглиш. — Полагаю, больше вы не хотите сделать никаких признаний? Или совесть не позволяет вам передать несчастного психопата в руки правосудия?

Мисс Саксон засмеялась, натягивая пальто и завязывая шарф поверх темных пышных волос.

— О нет! Если бы я знала, кто убийца, то сказала бы вам. Я законопослушный гражданин, правда. Но я не знала, что мы говорили о правосудии. Это слово произнесли вы. Я же, как Порция, могу сказать: когда б всегда законы исполнялись столь тщательно, никто б из нас не мог спасти себя[51]. Позвольте я сама заплачу за кофе.

«Она не хочет чувствовать себя так, словно я купил у нее информацию, — подумал Дэлглиш, — пусть даже за шиллинг». Он поборол соблазн сказать, что может причислить угощение кофе к служебным расходам, немного удивившись внезапному желанию съязвить, которое у него возникло. Фредерика нравилась ему, но было в ее уверенности и самодостаточности нечто очень его раздражавшее. Возможно, чувством, которое он испытывал, была зависть.

Когда они покидали кафе, он спросил Фредерику, собирается ли она в клинику.

— Не сегодня. У меня нет приема в понедельник утром. Но я буду там завтра.

Она поблагодарила его за согласие побеседовать, и они расстались. Дэлглиш повернул на восток, направляясь в клинику Стина, а мисс Саксон исчезла где-то на пути к Стрэнду. Глядя вслед стройной женщине, удалявшейся от него, он представил Калли, крадущегося в ночи со своим жалким мешком, полуживого от страха. Дэлглиша не удивляло, что старый дежурный настолько доверял Фредерике Саксон; на месте Калли он, вероятно, поступил бы так же. Она, подумал Дэлглиш, предоставила ему массу интересных сведений. Но одного она предоставить ему не могла — алиби для себя и доктора Бейгли.

Миссис Босток с тетрадью для стенографических записей наготове, подняв голову, как гордый фламинго, сидела у стула доктора Этриджа, скрестив изящные ноги. Она с присущей ей серьезностью внимала указаниям главного врача.

— Звонил суперинтендант Дэлглиш и сказал, что вскоре будет здесь. Он хочет еще раз поговорить с некоторыми сотрудниками и попросил меня встретиться с ним до обеда.

— Не знаю, куда можно втиснуть его перед обедом, доктор, — сказала миссис Босток тоном, не терпящим возражений. — На два тридцать намечено заседание комиссии штатных сотрудников, а у вас не было времени изучить повестку дня. Доктор Толмадж из Штатов записан на двенадцать тридцать, а я надеялась на часовую запись с одиннадцати утра.

— Все это может подождать. Боюсь, суперинтендант отнимет много времени и у вас. У него есть вопросы по работе клиники."

"— Боюсь, я не совсем понимаю, доктор.