Но если я попадусь — «отлюбят» меня. Но ведь от пары печенек Жужу плохо не будет? А чтобы он в обед съел свою порцию мяса, я гоняла его по саду.

Гизо идти ему больно, однако он упрямо преследовал нас и сверлил тяжелым взглядом мою спину.

Желая отделаться от него хотя бы на некоторое время, я ускорила шаг, свернула за аллею и услышала требовательный детский голос:

— Баронесса Мальбуер?

Обернулась и увидела худенького, бледного мальчика лет шести, сидевшего на скамейке. Чтобы он не мерз, слуги укутали его ноги пледом. Кажется, это юный гость графини.

— Развлеките меня, — капризно потребовал он.

— Я пока развлекаю Жужа.

— Эту противную собаку? — ребенок досадливо сморщил нос.

— Он умный пес.

— Как же! — хмыкнул мальчик. — Видите, вам даже больше нечего сказать о нем хорошего!

— Думаю, когда мы с Жужем лучше узнаем друг друга, я найду для него больше добрых слов… — подбирая деликатные слова, я упустила Жужа из вида. А когда кинулась — паршивца нигде не было видно.

— Жуж! Жуж! — заметалась я, вертя головой по сторонам.

— Вот видите. Уверен, сейчас вы ругаете его, и только ваше лицемерие и желание расположить графиню, заставляют вас молчать!

Меня трясло от ужаса, еще и мелкий умник свалился на голову! Плюнув на мальчишку, я бросилась на поиски рыжего пакостника.

— Жуж! — звала его шепотом, чтобы не переполошить весь дом. Выскочила за угол и налетела на Гизо, который по моему перекошенному бледному лицу понял — случилась беда.

— Раззява! — прошипел он и, кривясь от боли, тоже ринулся на поиски.

— Жуж! — кричала я.

— Жуж! — вторил Гизо.

— Противная собака, — ехидно подначивал мальчишка, с интересом наблюдавший за нашими истеричными метаниями по саду.

— Засранец! — прошептала я.

— Племянчатый внук графини! — зло поцедил Гизо.

— Я не про него! — рявкнула я.

— Уж не про славного ли Жужика? — ухмыльнулся злой головорез.

— Про вас! — грубо парировала.

— Дура!

— Меньше ругани — больше поиска!

— Вышвырнут тебя!

— Только с тобой! Ты тоже должен был приглядывать, хромоногий дозорный!

Наши взгляды скрестились, как острейшие шпаги, и разве только что искры не посыпались из глаз.

— Невоспитанная баронесска! — выплюнул Гизо.

— Головорез!

— Вы бы искали собаку! — крикнул мальчишка. — А то убежит — вам обоим достанется!

— Говнюк! — выпалил зло Гизо. Затем мы громко фыркнули, выразив друг другу крайнюю степень презрения, и разбежались в разные стороны.

Носясь по саду, я отчаянно звала Жужа. Уже чуяло мое сердце: с ним что-то случилось. Еще и пробегая мимо мальчики, услышала:

— Я…

— Погоди, малыш! — крикнула на бегу и побежала дальше.

Когда поняла, что дело швах, остановилась, и слезы потекли по щекам.