Поэтому как только известный парикмахер закончил делать прическу, вместе с Ильнорой еще разок выпили успокоительных капель. Мы и третий раз выпили бы, но Кратье предупредил, что более нельзя.

— Ох, Финочка! — причитала графиня, помогая вместе с Мигрит собираться мне к венцу. — Видела священника, алтарь! Тебя наряжаю в свадебное платье. А до сих пор в шоке! Поверить не могу!

— А вот Гизо сразу сказал, что баронесса еще задаст жару герцогу, — улыбнулась Мигрит. — Я ему не верила, но видно, мужчина мужчину лучше понимает. Я так рада!

— Не подлизывайся! — проворчала Ильнора, оглядывая пополневшую служанку.

— Вы же добренькая! — смутилась та.

Графиня на самом деле великодушная женщина. По закону, не доработавшей до окончания трудового договора служанке, она могла не выплатить бонус, но делать этого не стала. Несмотря на то, что из-за большого срока беременности Мигрит более не могла исполнять обязанности, отпустила ее с миром, выплатив премию, так сказать, на нужды малыша.

Когда я была полностью готова, они всплеснули от восторга руками и всплакнули от умиления. И чтобы меня тоже не доводить до слез, дать собраться с мыслями, успокоиться… — они оставили меня одну.

Свадебное платье по традиции голубое. Богатое, пышное, шелковое, со шлейфом и жемчугом. Я стояла перед зеркалом и любовалась им, собой, красивой прической. Но идеальный образ принцессы, мечту каждой девочки, портил Жуж. Он не оставлял надежд, что оставшись со мной наедине и выполнив несколько команд, получит вкусняшку. Но я была занята, и он нашел себе развлечение — разлегся на шлейфе и катался на нем по паркету, как барин.

— Жуж! Кыш! — ворчала я.

— У-у-ур-р, — не менее ворчливо отзывался пес. Мол, жалко тебе что ли? Хорошо, что Гизо его выгулял, иначе бы я опасалась «сюрприза».

Вдруг щелкнула дверь и в комнату вошла служанка:

— Успокоительные капли, Ваша Милость, — держа перед собой поднос, она подошла и, глядя в пол, протянула его мне.

«Капли?!» — удивилась я, разглядывая новенькую служанку. И когда это Ильнора успела найти замену Мигрит?

Она показалась мне очень подозрительной, и я не спешила брать чашку. Еще и голова сильно зачесалась от тяжелой укладки. Я тихонько потыкала пальцем в чешущееся место и, кажется, что-то испортила!

— Поставь на стол! — велела ей, а сама поспешила к зеркалу. Не хватало еще, чтобы гости подметили недостаток. Засмеют же!

Служанка медленно двинулась к столу, а потом…

В отражении зеркала я увидела, как она метнулась ко мне.

Пышная юбка сковывала движения, делая неповоротливой, и я едва успела отклониться от чего-то блестящего, мелькнувшего в ее руке. Однако необъятная юбка помешала и нападающей. Она поскользнулась на шелке и упала.