За партию в триста пуль заплачу двести рублей серебром. Такое вас устроит?

— Вполне, — ответил я. Это было даже больше, чем я запросил."

"— Я рада, что мы пришли к согласию. Надеюсь, впереди нас с вами ждёт много интересных дел.

Не знаю, какие дела подразумевала Анабель, но пока наше сотрудничество действительно сулило выгоду. Заказ на пули плюс четыре сотни от Долгорукова — уже кое-что. Ещё бы Трубецкой объявился со взрывчаткой… Но от него вестей по-прежнему не было.

Следующее приглашение на чай я получил во вторник. И опять мы почти не касались дел, Анабель даже не спросила, как дела у Долгорукова — видимо, и без меня знала.

За окном шёл дождь, мы поговорили немного на отвлечённые темы, после чего Анабель предложила сыграть в шахматы. В соседней комнате находились ламберный столик и стол с шахматной доской. Там-то мы и просидели весь вечер.

Партию мы не закончили. Было поздно и, сославшись на то, что мне надо домой, я покинул особняк. Договорились продолжить игру в пятницу вечером.

Анабель даже не собиралась отставать от меня. Как и предупреждал Хаос, она втиралась ко мне в доверие. Вот только зачем? Хотела использовать мои способности? Или желала получить в будущем связи в священной страже, куда, как она считала, меня устроят?

В пятницу вечером Анабель опять встретила меня в гостиной с малиновыми обоями.

Она читала книгу, сидя в кресле, а когда я вошёл, отложила её. На столе, как всегда, стояли заварной чайник, чашки и угощения.

— Сегодня я позвала вас не просто так, — Анабель поднялась, подошла к шкафу и открыла ящик. — Имеется одно дельце.

Она кинула на стол открытый конверт:

— Голову этого человека оценили в три тысячи рублей.

— Важная персона, видимо, — я сел в кресло и достал из конверта письмо, не понимая, почему Анабель ведёт дело в открытую. Судя по сумме, убрать требовалось кого-то влиятельного.

— Платят, как за высокопоставленного чиновника, — она устроилась на диване напротив меня. — Вот только это не чиновник.

Я развернул бумагу и пробежал её взглядом. Первое, что бросилось в глаза — мои имя и фамилия.

Глава 23

Я вопросительно посмотрел на Анабель.

— Иногда жизнь поворачивается интересным ракурсом, — произнесла она.

— Кто меня заказал?

— Обычно лица, делающие подобные заказы, предпочитают себя не выдавать.

Может быть, вы лучше знаете, кто мог пойти на такой шаг?

— Надо подумать.

Ещё раз прочитал письмо. Почерк казался знакомым, вот только я никак не мог вспомнить, где его видел. Разумеется, в этом мире у меня были враги. Я ликвидировал заводчика, порешил Оглоблю с двумя его подручными, унизил Гуссаковского и его друзей. Но про первые два случая мало не знал, так что месть исключалась, а Гуссаковский вряд ли бы нашёл три тысячи на заказное убийство.