Он также был почетным председателем Комитета поиска военнопленных и пропавших без вести, предпринимал все возможные усилия для розыска и возвращения всех солдат коалиции из Юго-Восточной Азии.

Рональд Рейган, объявляя о своем предложении, сказал: «Генерал Баррингтон сражался за благородное дело и едва не отдал за него жизнь. Война, которую мы вели во Вьетнаме, не проиграна; она началась не во Вьетнаме и не закончилась там. Война продолжается. Я говорил это прежде и повторю снова: если мы не предпримем серьезных мер, мы окажемся в пяти минутах от гибели. Генерал Баррингтон это понимает. Он полностью осознает грядущую схватку за свободу, и я искренне рад иметь такого человека в своей команде. Я также рад иметь стойкого приверженца необходимости оперативной системы защиты, которая, я уверен, будет полезным инструментом в наших попытках принести мир во всем мире. Генерал Баррингтон, как и я сам, не верит, что сделать людей заложниками угрозы ядерного кошмара – правильный путь. Я не могу найти более знающего человека, который стал бы главным военным советником теперешнего президента, министра обороны и Совета государственной безопасности."

"Были выставлены хрустальные бокалы и бутылка шампанского «Кристаль». Татьяна знала, что Александр приберегает это шампанское для их годовщины, но с радостью откупорил бутылку этим вечером, и они чокнулись, и выпили, и поздравили их сына и брата. Чувства Татьяны к Энтони ничуть не изменились с появлением гордости за его новые достижения. Никакие его деяния не добавляли и не уменьшали ни на атом то, что она чувствовала с того момента, когда наклонилась к своему раненому мужу в госпитале в Морозове и сказала: «Шура, у нас будет ребенок. В Америке». Энтони был зачат в пепле под звездами, на унылой промерзшей земле, но все равно в пламени надежды. Ничто из того, что делал Энтони в своей жизни, не могло помешать Татьяне верить в то, что он способен на все. И, посмотрев на Александра, она улыбнулась, потому что тот просто бессовестно и не смущаясь гордился своим первенцем.

Однако сам Энтони лишь изображал удовольствие по поводу своего выдвижения на такой пост; он бормотал, что, конечно, для него честь служить президенту в любом качестве, но вот ответственность может быть огромной… Он явно не горел энтузиазмом. Явно терзаясь сомнениями, он сидел во главе кухонного островка; Александр и Татьяна сидели друг напротив друга, так что отлично видели лица. Гарри сидел рядом с Александром, Паша – рядом с Татьяной.

– Так где же плохая новость, Энт? – спросил Паша.

Энтони вздохнул. Он сказал, что на следующей неделе начнутся объединенные армейские закрытые слушания по его назначению.