Вот только родился он не от княгини, а от младшей Велеборовой жены, которая была дочерью простого оратая с какой-то лесной заимки и попалась князю на глаза во время полюдья. Не то что княгиня Дубравка, мать Буяра и Избраны. Теперь считалось, что воля богов освободила путь к княжьему столу для ее детей. Шепотом, убедившись, что никто из местных не слышит, ушлые торговые гости рассказывали друг другу, что саму-то княгиню Избрану молва и винит в исчезновении брата-соперника. Правда, доказательств никаких – никто ничего не видел, не слышал и не знает. От второго, младшего брата Буяра она избавилась мирным путем, отправив его воеводой в Оршанский городок на Днепре. Благодаря всем этим слухам посмотреть на смолянскую княгиню было особенно любопытно. К тому же Избрана молода и так хороша собой, что и не будь она княгиней, мало какой мужчина не застыл бы перед ней, будто Ярилин идол.

Все эти мысли были так ясно написаны на круглом румяном лице Достужи, что Избрана с трудом сдерживала улыбку. Но нет, ее улыбок этот щеголь еще не заслужил! Сохраняя внешнюю строгость, она принялась задавать вопросы. Больше всего княгине хотелось знать, что думают о ее правлении в других землях и не собирается ли какой-нибудь князь сюда с ратью, воображая, будто земля, где правит женщина, беззащитна! Но об этом спрашивать она, конечно, не могла, и беседа шла обычным порядком: откуда гость прибыл, какие товары привез, через какие земли проезжал, какие новости слышал."

"А у торгового гостя и впрямь имелись новости, важные для княгини. На Каспле, в двух переходах от Смолянска, он подвергся нападению разбойничьей ватаги и лишился двух ладей с товаром, не считая одного убитого и двоих раненых! Все это произошло чуть ли не в виду городка Болотники, а тамошний воевода, ответственный за безопасность этого участка пути, похоже, сам в сговоре со злодеями! Иначе почему он до сих пор не выловил разбойников или хотя бы не посылает кметей провожать торговых гостей до следующего городка? Ведь именно для этого еще дед Избраны, князь Годомысл, поставил на волоках городки и посадил дружину.

Еще в самом начале рассказа княгиня изменилась в лице, красивые брови сдвинулись, взгляд стал пристальным и гневным. В белой шубке на горностаях, с серебряными кольцами и браслетами на тонких белых руках, с длинной льняной косой и множеством серебряных височных колец на очелье, отделанном шелком, с яркими голубыми глазами, она сейчас напоминала молодую богиню Марену, властительницу зимних вьюг.

– Найдите мне Красовита! – приказала она, едва уразумев суть Достужиного рассказа и связав в уме слова «Болотники» и «разбой». – Где он ходит, чтоб сей же час здесь был!

Двое отроков торопливо кинулись вон. Кмети на лавках вдоль стен стали придвигаться ближе.