Посреди бескрайних и болезненных ужасов, связанных с ранением, оставался один оазис безмятежного блаженства. Лицо в обрамлении золотистых волос. Ее лицо. Он застонал. Спятил он, что ли? Опоили его дурманом? Что с ним происходит?

Выйдя из комнаты раненого, леди Маргарет стремительно ринулась вниз по ступеням главной лестницы, Чарити же осталась стоять в коридоре, не сводя глаз с двери, из которой они только что вышли.

Кем бы ни был ее мистер Остин и чем бы он ни занимался, он определенно не был тем джентльменом, какого она рассчитывала в нем найти.

Спящий, он казался таким красивым и благородным. В бодрствующем состоянии он оказался напористым и страшноватым; характер его был не из легких, а уж манера выражаться! Что-то она слишком расфантазировалась. Хуже того: воображение ее разыгралось в основном из-за нелепого предложения выйти за него замуж и поцелуя….

Она вздохнула, припомнив, какую бурю боли и чувств она увидела, заглянув в его голубино-серые глаза. Он и сейчас вел себя как не вполне вменяемый: бранился, метался, взял и повалил ее на себя, смотрел на нее как-то слишком пристально и трогал ее руками.

Тут Чарити припомнила, как она дотрагивалась до него, прижималась к нему, смотрела ему в глаза не отрываясь… и как хотела, чтобы он вспомнил.

Ее поведение было чудовищным. Но гораздо больше ее пугала та сумятица странных, новых для нее ощущений, которая воцарилась в ее душе после его прикосновений и взглядов. Никогда прежде не приходилось ей испытывать столько разных чувств сразу! Более того, некоторые из них ей не приходилось испытывать никогда!

Дрожь пробежала по ее телу. Что бы ни представлял собой мистер Остин, кем бы он ни был, но он точно не был «ее» мистером Остином.

Вышло так, что посылать кого бы то ни было в гостиницу «Трейсайд инн» вообще не пришлось. Не прошло и часа, как на пороге Стэндвелл-Холла появился барон Пинноу, а рядом с ним мялся коренастый плосколицый парень. Барона с его спутником провели в залитый ярким солнцем парадный покой, и там Пинноу, принеся извинения с обычной для него многоречивостью, представил коренастого парня леди Маргарет как Стивенсона, того самого, найти которого Рейн Остин требовал с таким пылом.

Леди Маргарет скорчила сердитую мину и повела их вверх, к раненому.

— Он очнулся сегодня утром в гнусном расположении духа и бранился так, что чертям тошно стало.

— Полагаю, это совсем не в обыкновении его сиятельства. — Пинноу бросил на старуху многозначительный взгляд. — Мистер Стивенсон, присутствующий тут, уведомил меня, что не так давно его сиятельство стал жертвой дорожного происшествия — его экипаж разбился… и, кажется, он сильно ушиб голову.