— Ну еще бы мне не знать, что с Францией война! Почему, по-вашему, французский бренди шел по цене настолько выше номинала?

От отчаяния и потеряв надежду иным способом припугнуть этих дурней, он вытащил свой маленький блестящий пистолет и навел его на парочку. Мгновение он наслаждался видом их перепуганных лиц. Мерзавцы припали друг к другу, словно ища защиты, и Остин даже испытал нечто вроде угрызений совести — не стоило угрожать этим бедолагам пистолетом! Но надо было как-то убедить этих дураков в том, что перечить ему опасно, — должен же он получить бренди!

— Я намерен получить свой груз там так или иначе. Он должен быть доставлен, прежде чем я уеду из Мортхоу. Или я разыщу вас и разделаю под орех всю вашу гнусную шайку!

— Н-но у нас нет этого бренди! Честное слово! — Казалось, щупленький сейчас упадет в обморок.

— Не верю, — свирепо прорычал Остин, хотя его уже начали грызть сомнения. Может, дурни в самом деле говорят правду?

— Поймите, сэр… — Тип с квадратной мордой, на которой было жалобное, умоляющее выражение, обернулся к нему. — Мы уже истратили большую часть ваших денег. Но мы отдадим все остальное, а недоимку отработаем, клянемся.

— Отработаете? Вот уж точно отработаете, еще как! — Остин весь дрожал, он был во власти унизительной ярости, причем злился не столько на этих олухов, сколько на себя самого. Бульдог Остин впервые в жизни растерялся и не знал, как себя вести и что делать дальше. — Вы свяжетесь со своим человеком и договоритесь о доставке следующей партии, и немедленно, иначе я, клянусь, найду вас. А когда отыщу, повешу обоих за ноги, чтоб у вас кровь из ушей полила! — Глаза их испуганно расширились, и он с ребяческой жестокостью, даже с воодушевлением, принялся за описание жутких подробностей: — А затем я лично пришью ваши пальцы друг к другу. А потом кликну моих людей — пусть поиграют в ножички на ваших животах!

— Вы н-не посмеете нас т-тронуть, сэр! — Парень с квадратной мордой хоть и бледен был, а все же храбрился. — Мы под охраной — и у нас страшный защитник!

— Верно! — пискнул щупленький, цепляясь за локоть своего товарища. — Наш заступник может насылать очень сильное невезение!

— Черт побери! — взревел Остин так, что приятели отступили еще на шаг назад. Подбородок его воинственно выпятился, светлые глаза засверкали в тусклом свете фонаря. — Везение — невезение, что за чушь! Никакого везения не существует! Или человек справляется с делом, или не справляется! И я очень вам советую с вашим делом справиться, иначе…

Тут что-то метнулось в сторону, и бочка, на которой стоял фонарь, с грохотом повалилась на бок. Конюшня внезапно погрузилась в кромешную тьму, полную шуршания и шарканья. Остин рванулся вперед, надеясь схватить негодяев, и врезался головой в низкую балку.