Забыв зонтик, я бежала к машине с двумя пакетами в руках, закинув на плечо сумку и втянув шею в воротник куртки, возле машины взяла пакеты в одну руку и стала доставать ключи. И в этот момент что-то твердое уперлось мне между лопаток и хриплый мужской голос произнес:

— Прогуляемся, красавица. Попробуй дернуться, и пристрелю.

— Я с тобой хоть на край света. Ты, главное, не нервничай, — ответила я, ощущая тягучую пустоту внутри. А еще пыталась сообразить: что происходит? Уличный грабитель с пистолетом? Чушь. Тогда что?

— Пакеты поставь на землю, — приказал он. — Медленно.

Я поставила. В этот момент на стоянку влетел джип и поравнялся с нами. Задняя дверь открылась, тот, что стоял за моей спиной, приказал:

— Шевелись.

Теперь стало ясно: грабителями не пахнет. В машину садиться нельзя, там я буду полностью в их власти, сопротивляться тоже нельзя, он выстрелит, я это чувствовала. Рассчитывать на свою ловкость не приходится: беременные бабы весьма неповоротливы. Значит, придется садиться. Я полезла в машину, готовясь задать вопрос: ""Может, объясните, в чем дело?"" — и призывая себя к спокойствию. Но спрашивать ничего не пришлось. На заднем сиденье сидел Каримов, я села рядом. Не убирая пистолета, в машину прыгнул Валя, захлопнул дверь. И мы понеслись по городским улицам. Огни фонарей отражались в лужах, а редкие прохожие спешили по своим делам.

— Давно не виделись, — вздохнула я, нарушая тишину. Парень, сидящий за рулем, включил радио, голосистая девица страдала от неразделенной любви, а я невольно усмехнулась. Валя, держа пистолет в руках, отобрал у меня сумку, проверил содержимое, потом повесил мне ее на шею. — Вы посвятите меня в свои планы или мне стоит проявить сообразительность? — не выдержала я.

— Зря зубы скалишь, сучка, — ответил Валя. — Сдохнешь ты сегодня, вот и все наши планы.

— Идея мне глубоко не симпатична. Альтернативы нет случайно?

— Заткнись, — рявкнул Валя и ткнул локтем мне в живот.

— Прекрати, — подал голос Каримов, едва заметно поморщившись.

— Еще чего, — огрызнулся Валя. — У нас с этой сукой старые счеты. И ублюдок твой сдохнет. Я тебе брюхо-то выпотрошу.

— Чей ребенок? — вдруг спросил Каримов.

— Мой, — ответила я.

— Она сама не знает, шлюха. На ней полгорода верхом каталось.

— Это ты себя заводишь? — усмехнулась я. — Или меня? Если меня, то зря стараешься. Плевать мне на тебя. — И в доказательство того, что так оно и есть, я взяла и плюнула ему в рожу.

— Ах ты… — начал Валя, занеся кулак, но на заднем сиденье втроем было тесновато, и удар меня не впечатлял.

Каримов опять влез:

— Подожди, успеется.

— Сука, — буркнул Валя, отворачиваясь к окну.

Город остался позади, скоро будет пост ГАИ, это мой шанс.