То же сердце, что изучало его строгие черты, и девушка была готова притвориться, что увидела в них сожаление и стыд. Стыд? Вряд ли. Не у такого человека, как Асим.

- Не надо ничего говорить.

Жаки покачала головой, не веря своему голосу. Асим хотел извиниться? Было ли что-либо столь же маловероятно? Даже если он узнал правду, с каких пор абсолютный монарх чувствовал потребность в извинениях?

- Ты мне не веришь?

Она сглотнула, в горле у нее было сухо, как в окружавшей их пустыне."

"- Я не хочу притворяться, что понимаю тебя, Асим. - Она думала, что знает его, но заблуждалась. Сегодняшний срыв подтвердил это.

Он медленно кивнул, не сводя с нее глаз:

- Да, между нами все непросто.

- Между нами ничего нет! - После того, что он сказал. Он разорвал то хрупкое, нежное, что было между ними.

- Если бы это было так, я бы сейчас был во дворце и спал как младенец. - Его рот скривился. - Или развлекался с новой любовницей в постели.

Жаки не смогла сдержать вздох, когда лед пронзил ее грудь и прорвался внутрь.

- Именно. - Его глаза впились в ее, словно он проникал в ее тайну, пытаясь обнаружить женщину, которую она ни перед кем не открывала. - Между нами еще есть эта связь, и даже моя подозрительность и разочарование не могли разорвать ее.

- Ты не прав, Асим. Ты разрушил ее. Я ничего к тебе не чувствую. Я даже не понимаю, зачем ты здесь.

Его взгляд нервировал ее. Ей потребовалось собрать всю силу воли, чтобы не волноваться, чтобы притвориться, что у нее все в порядке и ей вовсе не больно.

- Ты хоть представляешь, как я себя почувствовал, зайдя в твою комнату и не обнаружив тебя там?

- Радостным? Торжествующим?

Он медленно повертел головой из стороны в сторону:

- Выпотрошенным. Как будто кто-то воткнул кинжал мне в живот.

Жаки смотрела, раскрыв рот. Неужели он тоже это чувствовал? Этот удар боли? Асим мог быть разным: властным, подозрительным, нежным, вдумчивым, напористым и щедрым, но никогда - уязвимым.

- Ты лжешь, - прохрипела она. Но, сказав это, девушка поняла, что лишь в одном не могла бы обвинить его - в нечестности.

Тем не менее поверить ему означало, что он заботится о ней, а невозможность этого он уже подтвердил. Жаки нахмурилась, ее мысли путались.

- Зачем мне лгать? - Он наклонился ближе. - Думаешь, мне нравится признавать это? - Он замолчал, и Жаки явно почувствовала его нерешительность. - Я не нашел тебя ни в своей, ни в твоей комнате. Я не нашел одежды, кроме этих двух вечерних платьев, и я почувствовал… - Он покачал головой, его рот превратился в суровую прямую линию. - Ты понимаешь, с какой опасностью здесь можно столкнуться?

Резкая смена темы сбила Жаки с толку.

- Дюны коварны. Что, если бы автомобиль перевернулся? - Его глаза сверкали. - Что, если бы ты поранилась, и никто бы не знал, где ты находишься?

- Но этого не случилось. - Она приподняла бровь.