Некоторые замечания, которые газетчики отпускали в адрес миссис Фитцгерберт, были Шарлотте непонятны, однако она догадывалась, что счастье Марии немного померкло. Может быть, и малышка Минни уже не так часто, как раньше, садится к нему на колени?.. Очень много в газетах писали о «Павильоне», и, начитавшись всего этого, Шарлотта мечтала увидеть новую ванную комнату отца. Она потихоньку ускользнула от толпы гостей — принцессе было нелегко это сделать, но Шарлотта недаром всегда отличалась смекалкой — и отправилась в отцовские апартаменты.

"

"Наконец-то она воочию видит папину спальню! Кровать оказалась именно такой, какой и представляла ее себе Шарлотта — верхом элегантности. Изготовленная во Франции, она отличалась неожиданной простотой линий, однако в этой простоте было удивительное изящество. Поднявшись по ступенькам, Шарлотта села на постель и принялась подпрыгивать на матрасе, вытянув вперед ноги и глядя на свои длинные панталоны, обшитые кружевами. Они были уже не такими чистыми, как при отъезде из Вортинга.

Вся мебель в отцовских комнатах поражала своей красотой, везде ощущалось влияние Китая.

Шарлотта огляделась, полюбовалась на часы и люстру из золоченой бронзы. Сойдя со ступенек, она подошла к часам, чтобы рассмотреть их поближе: часы были сделаны в виде Купидона, который правил прелестной колесницей, запряженной бабочками. Это смотрелось очаровательно. На люстре Шарлотта тоже заметила фигурку Купидона.

«Мой отец очень чтит Купидона, — подумала девочка. — Впрочем, разве могло быть иначе?»

Однако она ведь пришла полюбоваться да ванную комнату.

Ах, что это было за зрелище! Стены принц приказал выложить белым мрамором, а сама ванна, о которой Шарлотта столько читала в газетах, оказалась длиной в шестнадцать футов, шириной в десять и глубиной в шесть. Это было настоящее чудо, ибо ванна наполнялась морской водой.

«Какой удивительный человек — мой отец! — подумала Шарлотта. — Если б только...»

И тут она вспомнила строчки из газеты: в них говорилось, что ее отец так не любит свою жену, поскольку ему нравится купаться, а ей — нет.

Как грустно, что дочери приходится узнавать столь важные вещи про своих родителей из газет!

Шарлотта предпочла больше не задерживаться в отцовских покоях, испугавшись, что ее хватятся.

Она вернулась к гостям и очень надеялась, что никто не заметил ее отсутствия.

И после того памятного дня Вортинг стал ей еще ненавистнее, чем раньше.

Шарлотте повезло. Королева увидела, что здоровье принцессы ухудшилось по сравнению с тем, когда она только появилась в Вортинге, и решила, что богнорский климат подходит ей больше.