Когда было оглашено завещание лорда Хьюго, выяснилось, что он отдал распоряжения насчет опеки над всеми своими детьми, кроме Минни, которая родилась после составления завещания. Однако удалось установить, что лорд Хьюго собирался похлопотать и насчет своей младшей дочери, поэтому леди Уолдергрейв, сестра Горации, немедленно вызвалась взять Минни к себе.

Мария пришла в ужас и взмолилась, чтобы ей хоть ненадолго оставили малышку. Дескать, Минни еще слишком мала, нельзя отнимать ее у той, кого она считает своей матерью. Душеприказчики во главе с лордом Генри Сеймуром согласились оставить Минни у Марии еще на год, но затем ей предстояло передать девочку леди Уолдергрейв.

Мария очень надеялась, что за этот год ей удастся уговорить родственников Минни оставить малышку у нее. Принц Уэльский, видя, что Мария считает Минни своей дочерью, под наплывом сентиментальных чувств тоже решил заменить ей родителей; он баловал малютку, играл с ней и всячески старался быть ей нежным отцом.

— Если бы я была уверена, — говорила Мария мисс Пай-гот, — что не потеряю Минни, то я была бы совершенно счастлива.

«Если бы то... если бы это...» — вздыхала про себя мисс Пайгот. Ах, почему в жизни всегда столько «если»?

Однако она очень надеялась на принца Уэльского. Он явно хотел, чтобы ребенок остался с Марией, а родственники Минни, надеялась мисс Пайгот, наверняка не посмеют перечить принцу."

"Но лорд Генри Сеймур оказался весьма решительным человеком. Леди Уолдергрейв хотела взять малютку к себе, а она как-никак была ее родной теткой. Мария же при» всей своей респектабельности и царственности была всего лишь любовницей принца Уэльского. Лорд Генри был намерен настоять на совершении правосудия. Год близился к концу, и малышку Марию вскоре предстояло отдать тетке.

Минни, почувствовавшая, что над ее головой сгущаются тучи и каким-то образом догадавшаяся, что ее разлучат с Марией, была напугана. Она повсюду ходила за Марией и ни на мгновение не могла потерять ее из виду. Марию это особенно разжалобило, и она решила сражаться.

Когда Мария рассказала принцу о своих опасениях, он ринулся в бой, словно галантный рыцарь, защищающий даму, коим он себя воображал.

— Ты не потеряешь Минни, любовь моя. Я этого не допущу.

Камергер принца написал лорду Генри письмо, в котором говорилось, что Его Королевское Высочество решил пожаловать мисс Мэри Сеймур десять тысяч фунтов при условии, что она останется на попечении миссис Фитцгерберт.

Принц с восторгом показал копию письма Марии. Ах, как его порадовало то, что она осталась довольна!

— Любовь моя, ну что такое десять тысяч фунтов? Да я все на свете отдам, лишь бы ты и наша дорогая Минни были счастливы.

Однако лорда Генри деньги не прельстили. Он жаждал правосудия.