Вспыхивающие языки пламени и стреляющие в стороны искры одну за другой высвечивали его морщины со впалыми щеками и заострившимися скулами.

Нет, дело не в костре и темноте. Он в принципе не тянул на свой возраст даже днем под лучами Матушки. Я просто слишком зациклилась на том, что Джастин – это Джастин, среднего роста, худощавый, с чуть отпущенными светлыми волосами. Но если бы встретила его впервые, то меньше тридцати не дала бы и при свете дня.

– Тебя так изменила встреча с кукольником?

Джас молча покачал головой и бросил сухую травинку из-под ног в огонь. Пламя слизнуло ее с толстого полена, даже не заметив.

– Все началось раньше. Почти сразу после твоего отчисления.

– Опять я виновата? – не сдержалась я.

– Нет. – Джастин выплеснул остатки чая в костер, и тот обиженно зашипел, будто потревоженный кот. – Я тебя не виню.

Я подозрительно покосилась на бывшего. Хотелось продолжения и каких-то пояснений, но не хотелось спрашивать и открыто демонстрировать свой интерес. Вот такое противоречие."

"– Через месяц после твоего ухода в родах умерла моя самая старшая сестра, – все так же глядя в огонь, произнес Джас, будто и не мне.

 – Мать слегла, отец запил. У средней сестры тоже не все гладко, она обычный человек без дара. И жизнь у нее не сахар.

Я весьма смутно помнила двух разодетых девиц, пришедших тогда на вечер знакомства. Да и родители Джаса отложились в голове только смутными образами. Сочувствовать им всерьез не получалось.

– Встреча с кукольником стала логическим завершением всех неприятностей, обрушившихся на меня и мою семью. Я и не особо удивился, когда понял, кого встретил на кладбище.

– Еще скажи – не испугался.

– Испугался, конечно.

Жить-то хочется всегда. Особенно когда оказываешься на грани, а то и немного за ней. Кладбищенская нежить! В тот момент я так отчаянно хотел жить, ты даже не представляешь!

Джастин опустил глаза, а потом резко вскинул голову и посмотрел на меня. В отблесках огня в его зрачках тоже чудилась краснота.

– Знаешь, как я выжил в ту ночь и в следующий день, держа ловушку?

– Как? – Почему-то мне было страшно услышать ответ. Но и не спросить я не могла.

– С рассветом любая нежить слабеет, и я надеялся до него дотянуть. А Отец, как нарочно, полз по небу так медленно… – Джас сглотнул и поднял взгляд на темное небо, где тонкое ночное светило наблюдало за нами, будто подглядывало в щелочку.

 – И в надежде на чудо я поклялся, что если выживу, то обязательно исправлю все, что случилось с тобой. Сделаю для этого все возможное. И невозможное, если потребуется. И потом, когда лежал в лазарете не вставая, вспоминал данную клятву. Мне кажется, силы вернулись только из-за нее.

Джастин тяжело вздохнул, переводя дыхание. Эта история далась ему нелегко.