И сейчас после каждой оплошности, после каждого срыва заклинания я готовилась, напрягалась, ждала, что Дора сейчас с чувством выругается и совершенно справедливо назовет меня бестолочью, а то и кем похуже.

Но каждый раз она спокойно кивала, если надо – объясняла и показывала еще раз и предлагала повторить.

В чем подвох – лично я не знала.

А еще между делом мы разговаривали. О причинах моего вылета из академии она уже в общих чертах успела услышать, да и в самой академии я была личностью известной и той еще занозой в мягких тканях преподавательского состава. Но я как-то незаметно для самой себя коротко рассказала о нашей помолвке с Джастином, о разрыве, а после о повторной помолвке без моего ведома.

– Вот козел! – прокомментировала Дора, и я поняла, что обожаю эту женщину. – Он после войны планировал защищать звание магистра некромантии… Ну я ему устрою экзаменовку, – пообещала она.

– Да ладно уж, не стоит, – попросила я, пусть на душе разливалась приятная теплота. Надо будет Грегу рассказать, как правильно реагировать на такие новости от друзей.

– Стоит-стоит, – потерла руки Дора. – Он, конечно, все равно сдаст, но пусть вначале помучается.

– На самом деле Джас, кажется, неплохой, – сказала я и сама себе удивилась. Надо же! Берусь защищать ненавистного бывшего.

– Неплохой, – согласилась Дора. – Только молодой и глупый. Был. Сейчас поумнел немного, но, как показывает практика, еще не до конца. И все же некромант, познавший смерть лично, всегда меняется.

Она внимательно посмотрела на меня, и я поняла, что придется пояснить.

– Я не умирала. Все это, – я кивнула на труп, в сотый раз упокоенный и отдыхавший рядом с нами на травке, – дает метка вампира. И да, я не знаю, кто и когда мне эту метку поставил.

У меня, конечно, имелась парочка вопросов к одному клыкастому, но интуиция подсказывала, что Дамьен здесь ни при чем.

Потому что и раньше, задолго до встречи с ним, я чувствовала, что могу немного больше, чем другие маги. Просто никогда не придавала значения тому, что выхожу за рамки. Да и слишком далеко я за них не выходила. Это в последнее время жизнь заставила.

Обратно к крепости мы пошли вечером, помятый сильнее обычного зомби плелся за нами следом.

– Дора, насчет … м-м-м… Итана, – начала я. – Ты бы к нему присмотрелась…

– Ой, он еще такой молодой, – отмахнулась пухленькой ручкой женщина. – Пусть сначала повзрослеет.

– Он старше, чем кажется, – осторожно намекнула я. – Жизненный опыт у него намного существеннее.

– И сильно старше? – насмешливо спросила моя новая наставница.

– Лет на десять.

– И как же так получилось? – поинтересовалась Дора.

– Ты лучше у него спроси, – посоветовала я, решив, что Грегу самому стоит решить, что и кому рассказывать. – Считай, что он начинает новую жизнь.