Встав с постели, девушка набросила легкий пеньюар и вышла из спальни, но, взглянув на происходящее в гостиной, неуверенно замерла на пороге своей комнаты и тихо стояла так, не смея нарушить молчания."

"Рэнд, не замечая ее присутствия, подошел к массивному резному столу и сел, бегло просматривая какие-то записи. Минуту спустя он отложил бумаги, с облегчением вздохнул и откинулся на спинку кресла. Розали с любопытством наблюдала за ним, слегка наклонив голову. Это был редкий момент, когда она видела Рэнда, погруженного в свои размышления и не замечающего ничего вокруг.

Вдруг он пробормотал что-то про себя, но слова были непонятны ей, словно их приносил легкий ветер из открытого окна.

– Рэнд?

Он резко поднял голову, и волосы цвета темного янтаря упали ему на лоб. Он поправил их и с удивлением посмотрел на Розали. Какая-то тревога была в его темных глазах, сменившаяся внезапно острым интересом. Проследив за его взглядом, Розали торопливо запахнула пеньюар, пеняв, что тонкая ткань ночной рубашки почти прозрачная, и тело ее отчетливо вырисовывается в ярком солнечном свете.

Она молча села у стола, целомудренно придерживая полы пеньюара. И вдруг покраснела от мысли, что много раз уже думала о том утре, когда Рэнд прикасался к ней.

Какое тепло исходило от него и какие сильные были у него руки! Когда яркий свет бросал золотые блики на его волосы, ей невольно хотелось прикоснуться к ним, сияющим, как темно-янтарный шелк. Сначала она пугалась этих мыслей, но потом постепенно привыкла к ним.

– У тебя плохие новости? – спросила Розали.

– Вовсе нет, – ответил он, и, хотя слова его прозвучали достаточно убедительно, что-то ""в его голосе говорило об обратном.

– Нет-нет, новости очень хорошие. Я получил от графа разрешение уладить по своему усмотрению одно важное дело.

– Да? – спросила Розали, как бы поощряя его к дальнейшему рассказу.

Рэнд улыбнулся.

– Ты, вероятно, хочешь узнать все сразу, – мягко произнес он.

– Мне интересно, – призналась Розали. – А разве тебе не хочется поделиться хорошей новостью?

Ее взгляд был таким умоляющим, что Рэнд наконец смягчился.

– Я хочу продать кое-какую недвижимость, принадлежащую нам здесь, во Франции, – земли д'Анжу. Большинство их было поделено и отдано в аренду. А сейчас я хочу продать все. Но получить согласие графа было очень сложно.

– Почему?

– Потому что эта земля принадлежала моей матери Элен Маргарэт. Она была дочерью маркиза д'Анжу, последнего в этом роду. Когда она умерла, нас ничто уже не связывало с д'Анжу, но граф настоял, чтобы земли были сохранены. Он считал, что это семейный долг. – Рэнд мрачно улыбнулся.

– А ты не хотел этого?

– Разумеется, эти земли висят камнем на моей шее.

– О! – Розали нахмурилась, увидев, как потемнело лицо Рэнда, и решила сменить тему.