– Где она сейчас? – быстро спросил Рэнд, оглядываясь, словно она могла быть где-то рядом.

– Этот глупый мальчишка Джереми… – откашлявшись, произнес месье Альвин. – Он сказал, что Мирель не пошла с ним, тогда я снова послал его за ней, но она исчезла.

Пробормотав проклятие, Рэнд взял из дрожащих рук мадам Альвин маленький клочок бумаги.

""Месье, я ни о чем не догадывалась, пока не стало слишком поздно. Я оплакиваю свое невольное участие в этом, я виновата, если не намерениями своими, то своим бездействием.

Мне хотелось бы помочь вам, но мне известно только то, что Гильом был тем незнакомцем, который ворвался к вам ночью в гостинице и ранил вас, и что кто-то заплатил много денег за похищение дочери Бо Браммеля. Гильом сказал, что эти люди повезут мадемуазель в Англию. Я молю Бога, чтобы вы нашли ее и чтобы простили меня"".

– Черт, Мирель, – пробормотал Рэнд. – Зачем ты убежала?

Он скомкал письмо.

Как же так? Рэнд вдруг засмеялся резким нервным смехом. Что же получается? Он приютил и обогрел человека, который потом похитил у него Розали. Он задумался. Как она теперь? Что с ней? Здорова ли? Наверное, напугана до смерти…

– Я убью тебя, Гильом, клянусь Богом! Я поймаю тебя, тощая хитрая лиса!

Когда-то давно Рэнд уже испытывал похожее чувство – слепой взрыв эмоций, который словно огонь жег ему кровь.

Но теперь гнев его был стократ сильнее и походил на ледяную глыбу. Взяв себя в руки, Рэнд углубился в обдумывание своего положения. Ум его работал методично и быстро, просчитывая десятки ситуаций и определив наконец четкий план действий.

Месье Альвин с напряжением следил за ним, переминаясь с ноги на ногу. Рэнд поднял голову.

– Скажите Джереми, чтобы присмотрел за лошадьми, – сказал он. – Я уезжаю в Кале.

Чета Альвин подавленно молчала, не осмеливаясь даже предложить Рэнду отдохнуть с дороги. Они были почти рады решению Рэнда немедленно выехать, так как вид и вес его поведение ужасно пугали их. Они чувствовали себя невольно причастными к исчезновению Розали.

* * *Рэнд прибыл в Кале и сразу же отправился к Браммелю. Он долго стучал в дверь его квартиры, но никто не открывал. Тогда Рэнд громко предупредил, отчетливо произнося слова, что если ему немедленно не откроют, то он разобьет входную дверь. В ответ послышался негромкий шорох, и дверь тихонько приоткрылась.

На пороге, растерянно улыбаясь, стоял Сележ в наспех накинутом сюртуке.

– Лорд Беркли? Проходите…'Что-нибудь случилось?

– Похитили дочь Браммеля, – резко произнес Рэнд, направляясь мимо него в комнату. – Во всем виноват его длинный язык. После того как я узнаю все, что меня интересует, я намерен удостовериться, что он никогда больше не произнесет ни слова.