– Ты был хорошим профессионалом? – тем же требовательным тоном спросила она, не замечая, как поглаживает шрам на его руке.

– Да, – Ринкову не нравился этот разговор. И настораживал: он не понимал, к чему она ведет.

– Очень хорошим? Супер?

Он честно ответил:

– Да.

– Тогда какого черта ты так подставлялся! – Она уже почти кричала: – Вот если б тебя убили, где бы я тебя искала?! Что бы я тогда делала?..

Наконец он понял.

Облегчение и радость теплом разлились у него внутри.

– Ну не убили же! Вот же я, здесь. – Он схватил ее, немного сопротивляющуюся от возмущения, прижал к себе, упершись подбородком в ее макушку.

– На войне профессионализм очень много значит, и интуиция, и чуйка особая, но это не самое главное. Главное – везение, помноженное на все это. Иногда, конечно, по глупости бывает, расслабился – и бац – получи сразу.

Он поцеловал ее в макушку, потом в щеку, передвинул ее поудобней:

– Дай-ка я теперь тебя осмотрю, – шепотом предложил Антон.

Наталья провалилась в сон сразу, как выключилась, и спала, закинув руку и ногу на Антона. Он не возражал, ему нравилось. Боясь ее потревожить, Ринков пододвинул оба телефона поближе под руку и убавил на них звуки вызовов. Он тихонько поглаживал ее плечо, испытывая чувственное удовольствие от ее шелковистой кожи, и думал.

Дело он отодвинул до получения информации.

Дважды за ночь звонил оперативный телефон, ему сообщили, что «клиенты» спят, и доложили информацию о Хакиме.

Но сейчас он думал о том, что рассказала Наталья.

Конечно, Ринков понимал, что она рассказала далеко не все и весьма скупо. Действительность наверняка была куда как более тяжелой и страшной. Он представил себе ее в тех ситуациях, которые она описывала, и желание набить кому-нибудь морду усилилось до нестерпимости…

«Найду в этой Америке, отберу все до нитки и наваляю по полной! – Ему так хотелось повоевать за нее! – Еще неизвестно, что бывший муж натворил, судя по тому, что про него она даже не рассказала, – тот еще козел, видимо! Узнаю что – точно морду набью!»

Он восхищался ее силой и слабостью, хрупкостью и жизнестойкостью.

Ведь не стала стервой и не сдалась…

«Все, девочка, больше ты воевать не будешь, теперь у тебя есть свой личный воин. А что детей не будет, ну и ладно… хотя и жаль немного. Но главное – мы нашлись!»

С этими мыслями Антон и уснул – совершенно счастливым.

Звонил сотовый Натальи. Долго, раздражающе и настойчиво.

Как всегда, разбуженная, она с трудом соображала, что происходит и где она находится. Не открывая глаз, она стала шарить рукой в поисках источника звука «на автомате». Пришлось все-таки открыть глаза и оглядеться.

И тут она вспомнила – гостиница, номер Антона.

Хозяин апартаментов отсутствовал.

Солнце ярко светило в зашторенные окна.

«Утро, и позднее.