Конечно, на моем фоне Дэниель выглядел, как принц из сказки. Мне повезло, что Дэйзи подробно описала матери внешность таинственного поклонника. Понятное дело, я сразу понял, о ком идет речь. В Рочере не так много зеленоглазых брюнетов. И в ту же ночь я попытался убить Дэниеля.

Последнюю фразу Фредерик произнес совершенно будничным тоном, как будто не признавался в преступлении, а сетовал на плохую погоду.

— И как, получилось?

Тьфу ты, как нелепо прозвучало! Оливия, не глупи! Понятное дело, у Фредерика ничего не вышло. Потому как Дэниель жив и здоров.

— Увы, нет. — Фредерик с искренним сожалением вздохнул. — Но я ранил Дэниеля, и ранил серьезно. Не будь он последователем Тиарга, скорее всего, этой же ночью отправился бы на суд богов.

— Подождите! — взмолилась я, слегка опешив от таких признаний. Фредерик послушно замолчал, и я нахмурилась, обдумывая его слова. Затем осторожно поинтересовалась: — Как это — ранили? Вы ведь не маг.

— Моя дорогая Оливия… — Фредерик издал слабый смешок, позабавленный моим замечанием. — Да будет тебе известно, в жилах самых могущественных магов течет самая обыкновенная красная кровь. Удар ножом в сердце убьет любого последователя Тиарга. — Кашлянул и негромко добавил: — К моему искреннему сожалению, я промахнулся. Самую малость правда.

Я округлила губы в немом удивленном «о». Ого! Не предполагала, что обычно бесстрастный Фредерик способен на подобное. Хотя причины ненавидеть Дэниеля у него действительно были очень серьезные. Теперь понятно, что за черная кошка пробежала между этими двумя мужчинами.

— И вас не посадили? — с восторженным ужасом ахнула я. — Вас в итоге не наказали?"

"— Дэниель с превеликой радостью отправил бы меня на виселицу. — Фредерик равнодушно пожал плечами. — Но в историю нашего противостояния вмешались король и Артен. На общем собрании было решено, что я слишком полезен для государства, а поступок Дэниеля и впрямь заслуживает осуждения. Его заставили принести мне извинения. Ну как — извинения… Дэниель сквозь зубы процедил, что не предполагал подобного развития событий, и ему искренне жаль Дэйзи. Но я не видел в его глазах никакого раскаяния, Оливия. Лишь досаду оттого, что легкое романтическое приключение обернулось такими проблемами. В любом случае, даже самая искренняя мольба о прощении не вернула бы мне Дэйзи.

Фредерик хотел ещё что-то добавить. Даже шевельнул губами, но в последний момент передумал. Хмыкнул и, бесшумно ступая, подошел ко мне ближе.

— Вижу, что ты не из тех, кто учится на ошибках прошлого, — внезапно проговорил он.

— Простите? — удивленно спросила я, слегка растерявшись от столь резкой перемены темы нашей беседы.

— Помнится, однажды господин Аддерли уже напоил тебя эликсиром правды.