Живым Серёжка за порог не выйдет, отец и без того со вчерашнего дня на нервах. Настолько зол, что Настя его в таком состоянии и не припомнит, и боится ему лишний раз на глаза показаться. И вину свою перед родителями чувствует, они явно о такой судьбе для своей дочери не мечтали. А она виновата, да, с этим не поспоришь. Раньше об этом всерьёз никогда не задумывалась, а оказывается правда — одна ошибка, одна случайность способна изменить всю жизнь.

Чего Настя совсем не ожидала, так это того, что Серёжа не один приедет, а с родителями. Когда они все вместе появились у них дома, Настя от страха даже дар речи потеряла на некоторое время.

Глаза на незнакомых людей таращила, и в их взглядах ей чудилось столько обвинения. Её тоже разглядывали, придирчиво, после чего на лице матери Сергея появилась натянутая улыбка.

— Значит, ты Настя.

Солнцева кивнула и бросила на Серёжку затравленный взгляд. Тот не улыбнулся, ничего не сказал, просто смотрел на неё, и Настя даже подумала, что он её забыл за прошедший месяц, а теперь вспоминает. И ей стало настолько неприятно, настолько стыдно… Лучше бы она ему не звонила, лучше бы сама, уж как-нибудь.

Её родители тоже растерялись вначале при виде неожиданных гостей, но быстро взяли себя в руки, куда быстрее, чем Настя. Пригласили гостей пройти, Галина Викторовна засуетилась, поспешила на кухню, стол накрывать, чайник на газ ставить, и будто бы рада была, будто бы повод был достойный. Настя видела, как отец жмёт руку Маркелову-старшему, а тот приятным баритоном представился:

— Борис.

Улучив мгновение, Настя схватила Сергея за руку и втянула в свою комнату. Дверь захлопнула, и тут же на него накинулась.

— Ты с ума сошёл?

— Нет.

— Нет?!

— Насть, успокойся. У меня просто выбора не было.

Они взглядами встретились, Настя его едва ли не насквозь просверлила, а потом в одно мгновение силы её покинули, и она с обречённым вздохом опустилась на диван.

— Бабуля у меня человек деятельный, — сказал Сергей, наблюдая за ней. — Она сообщила новость родителям ещё до того, как они с работы вечером вернуться успели. — Он хмыкнул. — Вчера был разбор полётов, а сегодня они отправились знакомиться с тобой.

Настя только головой покачала, не в силах справиться с потрясением.

— Я не ожидала такого.

— А чего ты ожидала?

— Не знаю. — У неё голос дрогнул. На Серёжу глаза поднять боялась. Он разговаривал с ней таким спокойным голосом, словно всё происходящее его не касалось. Был как чужой — ни знакомого задора, ни огня. Настя ногтями вцепилась в диванную обивку, с каждой минутой всё больше жалея, что позвонила ему.

А Маркелов перед ней на корточки присел, в лицо заглянул.

— Настя. Всё так плохо?

— А по-твоему хорошо? — Всё же посмотрела на него.