Перейдя посыпанную мелким гравием дорожку, — он клял себя за то, что именно по его приказу здесь был мелкий гравий, он не глушит шаги, как песок, — подполковник прижался к стене склада, потом продвинулся на несколько метров вперед, встал на колено, осторожно выглянул.

Часовые. Как и полагается, двое, автоматы, примкнутые магазины.

Всё? Да нет…

Первого часового он знал. Второго — никогда не видел в части, форма на нем сидела так, как она сидит на гражданском. Но — у него был автомат, и он стоял у склада, полного оружия и боеприпасов. Посторонний — на территории особой воинской части.

Подполковник достал расческу, обычную китайскую пластиковую расческу, провел по ней пальцами особым образом — звук был примерно таким, какой издает одна из местных змей, очень ядовитая. Еще раз… Еще.

Часовой выглянул из-за угла, осторожно выглянул, держа наготове оружие, но подполковник все-таки превосходил его и в боевом опыте, и в арсенале имевшихся у него приемов. Часовой увидел лежащего навзничь человека… кого именно, было плохо видно. Вывод напрашивался простой: змея, человек без сознания — человека укусила змея. Часовой сделал шаг, потом еще один — и тут лежащий навзничь человек взметнулся, ухитряясь ударить его ногой из лежачего положения. Часовой полетел на землю, и неизвестный прыгнул на него.

Подполковник наскоро обыскал его — ничего интересного, автомат и пистолет, редкий пистолет АПБ, русский бесшумный пистолет, которые тут остались еще со времени русского присутствия. Пистолет он забрал, незадачливого часового связал и заткнул рот.

— Э, ты кто?

Подполковник резко, одним движением кисти, схватил, сколько смог мелкого гравия, который был здесь везде, и бросил в лицо тому, кто спросил его об этом. Потом бросился на него… точно, гражданский, военный бы успел выстрелить, при равном профессионализме проверяемый никогда не опередит с выстрелом проверяющего. Но он должен быть — профессионализм.

А в данном случае его не было.

Кто это такой — подполковник спрашивать не стал, в любой момент мог появиться еще кое-кто. Связал, заткнул рот, уложил ближе к стене. Если это просто новый солдат, а все это — не более чем дурацкий розыгрыш, — потом проблем не оберешься, йеменцы, как и все арабы, очень памятливы и обидчивы.

Всё? Нет, не всё, еще кое-что… Лучше перестраховаться.

Помещение, где хранилось оружие, строили русские, и поэтому это был не быстровозводимый ангар или здание из плит, а капитальный, низкий и длинный барак с солидными дверьми. Каптенармус должен был находиться в угловом помещении, там было небольшое, с мутным стеклом окно. Через него заглянул подполковник и увидел то, что опасался увидеть, — Газиза, сидящего на отставленном к стене стуле, руки у него были заведены назад, наверняка связаны.