"

"Гуров и Крячко снова углубились в изучение книг. Лев Иванович пару раз молча куда-то выходил и молча возвращался, иногда делая какие-то записи. В общем, работа и у него, и у Станислава двигалась, хотя и медленно. Примерно в пять вечера Гуров потянулся, разминая затекшие суставы, и сказал:

– Все, Станислав, я закончил.

– Мне еще сводку происшествий за два месяца осталось просмотреть, – хмуро и устало заявил Крячко. – Ты еще что-нибудь нашел?

– Угу, – промычал Гуров. – Я даже выходил звонить и уточнял информацию по одной записи. Вот представь себе ситуацию. Один декан МГУ купил у какой-то собакозаводчицы щенка за двести пятьдесят тысяч. Родителей щенка ему показали породистых, а всучили дворнягу безродную. Он сам-то в собаках не разбирается, но добрые люди нашлись – подсказали. Оказывается, он на подарок щенка купил, ну а когда хозяйка поняла, что ей подсунули дешевку, то вернула подарок вместе с комментариями. И пошел наш декан в полицию писать заявление о том, как его надули собачники.

– А почему ты думаешь, что это наш с тобой случай? Вроде бы тут только одна женщина фигурирует…

– Да нет, там при даме и муж был, – развеял сомнения напарника Гуров. – Он-то собачку и вынес на продажу. Сумма, правда, на которую декана развели, не очень большая, что меня и смущает. Но тут очень интересная деталь в сообщении следователя промелькнула. Я за нее и зацепился.

– Деталь? – не понял Крячко.

– Ну да, – ответил Гуров. – Потерпевший, как это и положено, описал специалистам по составлению фоторобота и саму дамочку, и ее мужа. Так вот муж по его описанию очень уж смахивал на…

– На Ивана Тургенева? – усмехнулся Крячко.

– Какой ты, Станислав Васильевич, догадливый! – хмыкнул Гуров. – В самую точку попал. Они, значит, на свой лад трагедию с Муму там разыграли.

– Слушай, Лев Иванович, так у нас вроде бы как уже есть один эпизод с писателем. Так что эти два дела – с камнем и со щенком – связать уже точно можно.

– Ну а раз так, то ты его себе и забирай, – подвел итог Гуров.

– И где сей занимательный инцидент произошел на этот раз? – спросил Крячко.

– В Александровском саду. В самом, так сказать, центре столицы. Повезло тебе, Крячко. Два дела из одной конторы. Тебе осталось только у опера Карташова, который занимается расследованием этого преступления, узнать подробности дела и потянуть за веревочку, чтоб размотать клубочек.

– Так, может, мне уже ничего больше и не искать? – Станислав с тоской посмотрел на книгу записей. – Ты ведь, Лев Иванович, за январь – февраль этого года ничего особенного не нашел?

– Не нашел, – подтвердил Гуров. – У меня картина вырисовывается такая, что все эти приколы, как сейчас молодежь говорит, начались с марта месяца.