— Унни, ты прямо светишься, — заметила Ирма по пути на обед. — Давно тебя такой радостной не видела.

— Погода сегодня хорошая, — довольно прищурилась я, глядя на хлещущий в окна дождь.

Конечно, я не рассчитывала на то, что вовсе не увижу сегодня ректора Стортона, но до конца занятий я точно в безопасности.

Занятия, к удивлению, проходили спокойно и гладко, даже Томас, погруженный в свои мысли, едва ли обращал на меня внимание. На основах метаморфоз привычно хмурая профессор Хейдар рассказывала о том, как превращать воду в вино (адепты старательно конспектировали), а на существознании нас учили справляться с гримами — низшими тварями, одними из тех, кто был отмечен печатью низвергнутых.

По правде говоря, считалось, что печатью низвергнутых отмечены в той или иной мере все волшебные существа, от пикси и баньши до… Я тряхнула головой, вспомнив гневный окрик «Отродье низвергнутых!», которым меня наградил хозяин таверны много лет назад. Не хочу об этом думать. Только феи были исключением — они считались посланниками святых на земле. Возможно, их так любили потому, что живых фей уже давно никто не видел и легко было поверить в их непогрешимость и святость.

Обычно гримы выглядели как черные псы размером с волка, но могли также рассыпаться дымом или стаей летучих мышей. Чаще всего их можно было встретить на кладбищах, на развалинах разрушенных домов или рядом с больницами.

— Первое правило для любого мага при встрече с гримом, — говорил пожилой профессор Кипер, — посторониться! Гримы могут быть весьма агрессивными, чем сильнее маг — тем больше агрессии гримы проявят. Чтобы справиться с гримом, необходимо сплести заклятье, формулу которого вы видите на доске.

Я прищурилась. Заклинание-сетка, такое подходило для поимки почти любой нечисти. Правда, в случае с гримами необходимо было прикладывать минимум сил, заклятье должно быть легким, как паутинка.

— Кто попробует? — спросил Кипер.

— Что именно? — раздался голос с задних рядов.

— Справиться с гримом, разумеется.

— Но здесь нет грима, сэр!

Удивительно наблюдательные у меня все-таки однокашники.

— Не верьте своим глазам, — ответил профессор Кипер, а затем отошел от учительского стола, наклонился и сделал рукой жест, как будто поднимал что-то пола — маскирующее заклинание!

На том месте, где только что ничего не было, появилась клетка в половину человеческого роста, а внутри — огромная черная собака с блестящими красными глазами.

Она скалилась, глядя на нас так, как будто готова загрызть, — впрочем, ничего удивительного. Если бы меня посадили в клетку, я тоже была бы не в восторге.

— Убивать грима не следует, — мягко заговорил профессор Кипер, глядя на устрашающего зверя. — Как и других волшебных существ.