Все упростилось бы, будь здесь Храмовник, большой мастер отвлекающих маневров: они потому часто и работали вместе.

Лахлан дожидался удобного случая, когда из ворот начала выезжать огромная свита Деспенсера. Ему пришлось отойти в сторону и затесаться в большую группу зевак, чтобы уступить им дорогу.

Времени на это ушло изрядно. Даже если бы не знал, что это за господин, Лахлан догадался бы о его важности хотя бы по тому, насколько велика была его свита: он насчитал по меньшей мере дюжину тяжеловооруженных рыцарей в полной броне и вчетверо больше обычных солдат, в основном на конях и в кольчуге.

Процессия была внушительная. Но вот появился и сам лорд, облаченный в бархат, по-королевски роскошный, верхом на прекрасном жеребце. За Деспенсером следовали придворные, и среди них несколько дам в роскошных платьях, увешанных драгоценностями. За дамами маршировали десятка два солдат. И наконец, замыкая процессию, следовали телеги, нагруженные сундуками с одеждой и посудой, а также пешие слуги. Лахлан бы не удивился, если бы лорд потащил с собой заодно и зверинец с животными в позолоченных клетках.

Зрелище было впечатляющим: покинув замок, кавалькада направилась по дороге, ведущей в деревню, где уже выстроились обитатели поглазеть, как проезжает важный лорд.

Ехали медленно, давая деревенским возможность рассмотреть всех получше, а когда достигли деревни, и вовсе пришлось остановиться, поскольку дам начали окружать самые рьяные торговцы.

Лахлан покачал головой. Чертовы англичане и их любовь к показухе! Куда бы ни направились, путь занимает у них целую вечность. Он бы с ума сошел, случись ему плестись со скоростью улитки. Потому-то он и предпочитал работать в одиночку, чтобы иметь возможность передвигаться быстро.

Впрочем, не всегда было так. Очень не хотелось это признавать, но, похоже, он привык действовать вместе с другими бойцами из Шотландской гвардии: или в составе маленького отряда, как сейчас, или вместе со всеми, как в недавней битве против Джона Макдугалла, лорда Лорна, на перевале Брандер.

Было чертовски приятно видеть поверженного мучителя, который несколько месяцев держал его в яме. Неважно, что Джулиана обманула и его тоже. Было бы гораздо приятнее, конечно, видеть его мертвым, но Лахлану пришлось подчиниться требованию Налетчика сохранить поверженному врагу жизнь.

Похоже, Шотландская гвардия мало-помалу приучила его к дисциплине. Сам того не ожидая, за прошедшие годы он привык, пусть и скрепя сердце, уважать своих товарищей по гвардии. Если бы не приходилось подчиняться Маклауду, он мог бы даже пожалеть, что уходит, но оговоренный срок службы подошел к концу. И как только получит причитающееся ему жалованье, он пойдет своим путем. Торчать тут дальше причин не было.