Руководитель экспедиции на Толкине начал что-то говорить, помогая себе жестами, но Бугров выключил канал связи. Посмотрел, прищурясь, на Ядогаву.

– Однако, Ядогава-сан, как относиться к вашему заявлению насчёт вашего звания?

Ядогава растянул губы в вежливой улыбке.

– Прошу прощения, Виталий-сан, но я действительно полковник, хотя в данный момент работаю на другой департамент – Комксенбез.

– Ксенобезопасность, – пробормотал ошеломлённый Альберт.

– Совершенно верно.

– Сближаемся! – скомандовал Бугров. – Иван, Ядогава, займите места в катере. Пойдёте вдвоём. Вопросы?

Ответом была тишина.

– Эрг, вперёд! – бросил капитан Бугров.

Адреналина было столько, что Иван мог на одном дыхании переплыть океан Нимфы. Мысли скакали, не задерживаясь на одной теме, и перед глазами то и дело возникало лицо Елизаветы, сменялось панорамой планеты-капли, затем лицом Курта, перекошенным судорогой ненависти, видом Солнечной системы с её планетами (интересно, на какой из них осталась база предков человечества?), снова лицом Елизаветы и, наконец, видом «призрака» Толкина – коконом «машины судного дня» с Вестником внутри.

Возможно, именно этот экспрессивный мысленный посыл, кипение мыслей и чувств молодого человека и помогли контактёрам обратить на себя внимание Вестника.

Катер не развернуло обратно, как это бывало во время первого знакомства с «призраком». Он свободно прошёл границу поля, окружавшего вселенолёт пузырём, и оказался перед удивительной прозрачно-ажурной конструкцией, формой напоминающей веретено.

Иван представил ошеломлённые лица исследователей на шлюпах экспедиции, улепётывающих от кокона «оси», и ему стало весело.

«Вестник! – позвал он мысленно. – Извини за вторжение. У нас возникла проблема. Загляни в мою голову, ты можешь, и сразу поймёшь, что случилось. Времени у нас в обрез».

Вестник заговорил спустя несколько секунд, голосом земного двенадцатилетнего мальчишки, пронизанным нотками не то смущения, не то недовольства.

«Я не ждал тебя, человек. Ты же сам просил меня не контактировать ни с кем из вашей расы».

«Ситуация изменилась. Ты уже понял, зачем мы здесь. На кону жизни ни в чём не виноватых людей! Если Курт Шнайдер активирует древние военные базы Солнечной системы, погибнут миллионы!»

«Меня это не касается».

«Зато касается меня! Этот маньяк требует к себе женщину, которую я люблю! Понимаешь, что это значит?! Знаешь, что такое любовь?!»

«Человеческие эмоции мне недоступны. Ваша любовь нелогична и слишком часто приводит к бедам. Мне известна история моих создателей. Они были такими же, как вы».

«Так помоги нам, пока ещё есть время! Погибнет всё человечество!»

«Судьба вашего рода меня не касается. К тому же я предвижу, что человечество само себя погубит».