Гвидон говорил, что в блинной после шести вечера комплексные обеды со скидкой распродают. Я сейчас схожу, гляну, они все сожрали или что-то осталось.

– Купи на всех, – Мохито показал на свое окно. – Туда тоже.

– Понятное дело. Как ты думаешь, мелкий мороженое будет?

– Не знаю. Купи. Деньги я сейчас дам.

– Какие деньги? Завтра что-нибудь купишь.

Кенжебек разрывался между желанием поблагодарить и опасением вызвать у гролара приступ ярости. Альфа проявил доброту и щедрость сильного – обеспечил приблудному омеге кров и еду, но явно не собирался разговаривать. Нахлынуло отчаяние: «А как ты думал? Что тебя везде будут принимать с распростертыми объятьями, жалеть за твои ошибки? Дома вообще могут на порог не пустить. Скажут – где нагулял ребенка, там и живи. А если признаешься, что чужой, покрутят пальцем у виска и точно вышвырнут».

Он заставил себя улыбнуться Зорьяну, когда тот принес ему кукурузную кашу, тефтели и мороженое. Проговорил очередное «спасибо», покормил Тишу и сел на пол возле дивана. В комнате было темно, но включать свет, показываясь соседям, не хотелось. Тиша превратился и опять полез под диван – вероятно, там таились еще какие-то богатства. Кенжебек обнимал колени, готовился отнять очередную отвертку или плоскогубцы, и не сразу понял, что к шороху под диваном примешивается другой звук. Кто-то скребся во входную дверь.

– Не заперто.

Слова ничего не изменили. Пришлось вставать и выходить в прихожую. Кенжебек распахнул дверь и встретился взглядом с черно-бурым лисом. Смоляная шерсть была перепачкана глиной, в хвосте застряли репьи – видно было, что оборотню пришлось преодолеть серьезные препятствия. Лис повел ушами, осмотрелся и беззвучно просочился в комнату. Кенжебек пошел следом за ним, сгорая от любопытства.

Глава 4. Венедикт

К двадцати пяти годам Венедикт имел на счету три бурных романа с деятелями искусств – двумя волками и одним лисом. Вспыхивавшая страсть напоминала извержение вулкана, прорыв теплотрассы и короткое замыкание в одном флаконе. Венедикт утопал в букетах цветов, получал записки с угрозой самоубийства, попадал в эпицентр драк, спровоцированных ревностью, снисходил, сбегал, прятался, выставлял следующего ухажера как щит. Каждый раз ему набивал оскомину привкус фальши, пропитывающий еду, простыни и сказанные партнером слова.

После очередного разрыва у него возник вопрос: «Это со мной что-то не так или с партнерами?». Венедикт пошел к отцу-альфе и спросил, как определить, что ты встретил того, кто тебе нужен – он решил, что у Вольдемара, дважды заключавшего брак, должны быть хоть какие-то внятные критерии подбора супруга.