Захотелось избавиться от запаха вяленой рыбы, пропитывавшего шерсть и вещи, и он принял предложение, решившись на очередной переезд – сам бы, может, и побоялся, но Нурлан тоже собрался в путь.

Попав на хутор, Кенжебек моментально избавился от иллюзий. Работники ночевали в сарае, вкалывали с раннего утра до позднего вечера, скудно ели, спали на сене, вповалку. Документы отец Борислава сразу отбирал, дворы были обнесены крепкими заборами, ворота охраняли угрюмые альфы. Те, кто пытался бежать, говорили, что полиция в соседних селах подкуплена, и возвращает беглецов на хутор за умеренную мзду.

Дойдя до этой части истории, Кенжебек вступил на скользкий лед. Он не решился сказать правду – что Нурлан родил ребенка весной, после зимовки у пещерников. Неизвестно, от кого, вряд ли от Борислава, хотя и с ним успел познакомиться поближе. Судя по сроку, привез подарок из столицы. Родил, покормил неделю и сбежал – может быть, и сговорился с кем-то, потому что Борислав на него орал за беседы с водителем, забиравшим товар.

Нурлан сбежал, а Тиша достался Кенжебеку. Потому что больше никому до белого медвежонка дела не было. К счастью, и сам Кенжебек, как омега, никого не интересовал – отец Борислава раздавал рабам подавители, чтобы не завлекали свободных альф.

Следователю Кенжебек твердо сказал, что не собирается никого обвинять, хочет получить свои документы, оформить свидетельство о рождении ребенка и уехать. Он честно припомнил фамилию Нурлана. Подумал, что если его найдут, и он вспомнит о ребенке, которому не удосужился дать имя, тогда придется отступить. Отдать. Но только ему, а не в приют или пещерникам.

От дней минувших перешли к нынешней ситуации. Кенжебек объяснил, что Борислав запер его и Тихона в подвале в отместку за постоянные просьбы оформить ребенку документы и отвезти его в поликлинику. Следователь, вздохнул, внес показания в протокол и сообщил, что Кенжебек имеет право на убежище по программе защиты свидетелей.

– Я могу где-то пожить?

Понятно было, что долго прятаться в квартире гролара не получится. Надо радоваться, что их с Тишей не выкидывают на улицу – без денег и документов.

– Имеется проблема. В таких случаях омегу с ребенком размещают в приюте, где ему оказывают помощь сотрудники департамента соцзащиты. Но приют закрыт на карантин по кори.

– И что теперь делать?

В дверь постучали. В прихожую вошел барибал с объемным пакетом в руках. Он улыбнулся Тише, поздоровался с Кенжебеком и сообщил:"

"– Я принес вещи вашему сыну. Сарафанное радио донесло, что в приюте для омег карантин по кори. Кто-то из врачей «Скорой помощи» рассказал об этом фельдшеру Леонтию, тот пересказал Мохито, а Мохито пошел к командиру части и спросил, можно ли вам будет пожить в одной из свободных квартир.