"

"Палка с гулким ударом попала между ушей ближайшей крысы, и та, заверещав от боли, завалилась набок. Я сжала зубы и резко развернулась, чувствуя, как ярость бурлит в венах, затуманивая разум. Две другие твари на долю секунды оторопели, но не стали бежать прочь, наоборот, в их маленьких красных глазках сверкнула ярость и они, утробно зарычав, с невероятной скоростью одновременно рванули ко мне.

Я, повернувшись на пятке, влепила палкой в бок той, что летела на меня справа, мой верный тренировочный «меч» смачно врезался ей в рёбра и роттер отлетел в сторону. Третью гадину я, не сдерживаясь, просто пнула прямо по морде. Тем временем первая оклемалась, поднялась и зашипела, оскалив жёлтые зубы. Нападать не спешила, закружила вокруг, к ней вскоре присоединились две других.

Налитые кровью глаза следили за каждым моим движением. Но я стояла неподвижно, обманчиво-расслаблено, даже палку свою опустила.

Как их убить? У меня просто деревяшка, немного заточенная с одного конца. Хмм…

Твари пришли в движение, явно устав ждать, оскалились, зарычали и кинулись скопом: одна метнулась к моей левой ноге, другая возжелала цапнуть мою руку с «мечом», третья, ловко прыгнув на стену и оттолкнувшись всеми лапами — вонзить острые длинные клыки мне в шею.

— На! — прокричала я, метнувшись к той, что хотела перегрызть мою глотку. Острый конец «клинка» вошёл в её широко раззявленную пасть, и там и застрял. Зверь хрипнул и смачно хлопнулся вниз, кровь потекла на пол, образовав внушительную лужу.

Её товарки заверещали, но бежать и не подумали: напали снова! Я резво отпрыгнула в сторону, подхватила лежавший на земле камень и, молнией развернувшись, с размаху заехала в харю одной и без передышки второй. Н-на!

Ух! Как они запищали! Их визги как бальзамом мне на душу!

И, пока они не очухались, треснула своим булыжником по ближайшей, ещё и ещё! Третья, увидев это, заткнулась, отползла подальше, встала и, пошатываясь, попыталась бежать.

Ну уж нет! Не в мою смену!

Размахнувшись, кинула свой снаряд ей вдогонку и попала!

Победа!

Я стояла, тяжело дыша, приходя в себя после горячки боя.

Сзади раздалось шуршание.

— Ипи-ип-пи…

Удостоверившись, что роттеры-враги не двигаются, шагнула к мелкому крысу. Присела рядом и, недолго думая, подхватила на руки.

— Какие у тебя глаза, — изумилась я вслух, — голубые! И шёрстка серая…

— Ипи-пии, — прозвучало в ответ, и спасённая потеряла сознание.

Подойдя к первой твари с моим мечом в пасти, выдернула его (меч), отёрла о чёрную плотную шкуру поверженного врага и поспешила прочь из этого места: мало ли, вдруг неподалёку пасутся другие?

— Что же мне с тобой делать? — негромко спросила я саму себя и устало прислонилась к холодной стене неподалёку от арки-перехода на следующий уровень.