Как бы ни хотела, но долго находиться в комнате Роберта, обтирая холодной тряпицей ему лоб и вспоминая молитвы – от православных до лютеранских, – я не могла. Слишком много скопилось государственных дел, да и с покушением надо разбираться. Но я постоянно молилась о выздоровлении лорда Дадли и втайне надеялась, что Божественная канцелярия все же обратит на мои молитвы внимание – хотя бы за мою настойчивость.

Утром в приемной уже дожидался Уильям Сесил.

– Какие новости оттуда? – спросила я, кинув красноречивый взгляд в сторону, где, по моим понятиям, находилась королевская темница.

Ага, в нижнем правом углу и метров так на тридцать глубже…

– Молчит. Все еще молчит! Но мы лишь недавно отыскали того, кто развяжет ему язык. Мастер филигранных допросов сбежал от испанской инквизиции, после того как проработал на ее благо много лет…

– Избавьте меня от подробностей, – поморщилась я, но все же представила, как сейчас пытают человека, вытягивая из него сведения о покушении. О боже! В голову настойчиво лезли картинки с дыбами и раскаленными клещами, которые видела в одной из книг про инквизицию в Москве. Я почувствовала тошноту, стало совсем плохо, в сто крат хуже, чем когда проснулась этим утром.

Нет, так не пойдет!

Подошла к столу, взяла чистый лист бумаги и чужим размашистым почерком, к которому уже привыкала, написала короткий приказ. Поставила внизу инициалы и подпись, протянула Уильяму.

– Что это?

– Указ о помиловании и свободном проезде по стране. Имя впишете, когда убийца его вспомнит. Пусть катится ко всем чертям!

– Но, королева!.. – возмутился государственный секретарь.

– Покажите ему эту бумагу, но в руки не давайте. Он ее получит тогда, когда в деталях расскажет о покушении.

Кто приказал и провел их во дворец, сколько заплатил, имена подельников… Кстати, вы их опознали?

Уильям покачал головой:

– Нет. Думаю, это наемники. Их не знает ни один из моих агентов. Скорее всего, прибыли не из Англии. Вас слишком любят в народе, чтобы пойти на такое."

"Я хмыкнула. Тоже мне, нашел причину! Некоторая часть населения, как известно, за деньги не только родную королеву, но заодно и матушку продаст, если дадут хорошую цену.

– Иногда вы проявляете излишнее милосердие, – с укором в голосе добавил Уильям.

Правда, бумагу взял. Ну и слава богу! – Внешне убийцы похожи на итальянцев или испанцев. Наш говорит по-итальянски.

– И что он говорит?

– Ничего. Только ругань, которую вам знать не обязательно. Я приказал допросить капитанов судов, прибывших в Лондон с континента за последнюю пару месяцев. Надеюсь, мы выясним, как убийцы попали в страну. Это прольет свет на многие детали.

– Возможно, – согласилась я. – Не забудьте передать, что от него зависит, в каком виде он отсюда выйдет.