– Восхитительный выбор! Роджер, – я была уверена, что к человеку, заслуживающему доверие, надо обращаться именно так, – вы правы, мне значительно лучше.

– Рад это слышать, ваше величество!

– Зовите меня, как и прежде, Елизаветой. Вы не могли бы принести воды? В горле пересохло. Только умоляю, не перебудите остальных!

– Конечно, моя Елизавета.

Он ушел в темноту, затем вернулся с бокалом, наполненным водой. Поклонился, протянул мне. Если меня хотели отравить, подсыпав яд, все равно бы выпила, потому что жажда сводила с ума.

– Я вижу в том кресле Кэти Эшли. Ваша бывшая гувернантка, – произнес Роджер, вернувшись на свое место, – теперь милостью вашей главная фрейлина и хранительница королевского гардероба. Она заснула первый раз, только когда удостоверилась, что кризис миновал. Ее столько раз пытались выгнать из покоев, но она не уходила.

Я вновь почувствовала волну тепла и благодарности к неизвестной женщине. Кажется, тело реагировало на имена! Кэти Эшли… Надо запомнить. Сдается, она очень любила прежнюю меня, и я отвечала ей взаимностью.

– Спасибо, Роджер. Что говорят о моей болезни? – Я вернулась к более насущным вопросам.

– Народ в отчаянии, моя королева. Все церкви переполнены, за ваше здоровье молятся как католики, так и протестанты. Службы не прекращаются ни день ни ночь…

– Роджер, я не о том. Что говорят… во дворце?

Либо я свихнулась и сейчас в сумасшедшем доме… Если же нет, то, скорее всего, во дворце.

– У вас уже случались нервные приступы в Хэтфилде. Иногда распухали ноги и руки, как от водянки, и, бывало, вы неделю не вставали с постели. Я поспешил заверить сэра Уильяма Сесила…

– Это не был нервный приступ, – вздохнула я. – Меня пытались отравить. То, что выжила и говорю с вами, – это чудо. Но отравление не прошло бесследно.

Черт, страшно признаваться! Как он отреагирует?

– Я выжила, но память меня подводит. Надеюсь, в скором времени она ко мне вернется.

На это я даже не надеялась…

– Ваше величество, сэр Уильям Сесил, по разговорам, вызвал известного немецкого врача."

"Я фыркнула. Хватит с меня местной медицины!

– Роджер, я бы хотела, чтобы вы были рядом в это сложное время, поддерживая меня, как и делали это прежде.

Он что-то растроганно пробормотал в знак согласия. Словно по наитию, я протянула ему руку. Мужчина бухнулся на колени и поцеловал мою кисть. Вернее, простое золотое кольцо, похожее на обручальное, что украшало безымянный палец. Это что еще такое?! Все, Лизка, допрыгалась! Неужели я замужем? Не может быть… Мне ведь казалось, что та самая королева умерла, так и не побывав в законном браке. Самое ужасное, я почти ничего не помнила об этой эпохе, так как история не была моим любимым предметом.

– Сколько я болела? – спросила у Роджера.