А я смотрел на эту невероятную женщину и пытался разложить свои чувства и ощущения по полочкам. Ничего не получалось, и я плюнул на эту затею, понимая: то, что испытывал к Лане не поддавалось вообще никакому чёртовому анализу.

— Вадик, тормози, — попросил я, когда мы почти добрались до цели. — Лорду нужно прогуляться, сходи с ним.

— Основательно гулять? — уточнил мой водитель, сохраняя абсолютно каменное выражение лица.

Я заверил, что гулять нужно долго, пока я не сообщу, что можно вернуться назад, и через несколько минут Лорд уже скакал вокруг деревьев, утаскивая Вадика за собой в поисках приключений.

— Иди сюда, — попросил, протягивая руку, и Лана, сверкнув глазами, перебралась ко мне на переднее сиденье.

— Что ты задумал? — спросила тихо и вздрогнула, когда я провёл руками по её спине. Чуть поёрзала на моих коленях, а я переместил ладони ниже, обхватывая упругие ягодицы.

Мне нравилось ощущать её тело в своих руках. Нравилось, как она реагирует на меня, как забывает о страхе и тревогах, когда целую её, как расслабляется.

Мне всё в ней нравилось, и я плевал на причину, по которой мы были вместе. В моменты, когда ощущал горячую кожу под своими ладонями, слышал сдавленное и учащённое дыхание, позволял себе верить, что у нас всё может быть по-настоящему. Как у нормальных людей.

— А ты ещё не поняла? Ла-ана, я хочу тебя, всегда и везде. Веришь? Я бы просто не выдержал.

— Прогнал Вадика, извращенец, — засмеялась и коснулась губами моего виска.

— Позвать обратно? Правда, после этого его убить придётся. Потому, если не жалко парня, могу вернуть.

Фыркнула и лизнула языком мою нижнюю губу, а член в моих штанах болезненно дёрнулся, требуя свободы. И я не стал с ним спорить.

— Давай, детка, накорми собой моих демонов, успокой их, — шепнул на ухо, а Лана всхлипнула, медленно опускаясь на мой член. — Ты нужна мне… ох, чёрт.

Погрузившись медленно до самого упора, замер, ловя губами тихий вздох и неразборчивое бормотание. Торопиться не хотелось, но боялся дольше не выдержать — боялся, что ещё немного и слечу с катушек. Руки, будто сами по себе, блуждали по обжигающе горячей коже, гладили спину, сжимали стройные бёдра до лёгкого вскрика.

Пальцы оставляли метки, а в сознании не осталось ни единой разумной мысли. Оглушительная, подавляющая волю и высвобождающая эмоции страсть затопила всё кругом. Тёмная пелена затянула действительность, и в этом мутном тумане я видел лишь яркие голубые глаза напротив: горящие, с бушующими вихрями в глубине зрачков. Я отражался в них, а больше ничего и не нужно было.