Понимала, что всё это неспроста и как-то связано с его долгом, но ответов у меня было во сто крат меньше чем вопросов. И успокоиться бы, забить, но не получалось, хоть тресни.

Всё вместе вдруг навалилось на меня, сдавило болью голову, и я поняла, что если вот прямо сейчас не выйду на улицу, не вдохну свежего воздуха полной грудью, выключусь, как сломанная детская игрушка.

Кое-как нашла нужный автомат, который стоял чуть левее по коридору, сделала себе двойную порцию чёрного кофе без сахара и наконец-то распахнула входную дверь из белоснежного пластика.

Порыв свежего ветра ударил в лицо, разметал волосы, принеся с собой аромат леса. Откуда бы ему взяться почти в центре города-миллионника я не знала, но дышалось хорошо.

Так, потягивая кофе, я достала из сумки честно купленные сигареты и решила отойти вглубь двора, чтобы никого не оскорбить ненароком видом курящей женщины.

Благо на улице всё ещё ночь, потому найти укромное местечко не составило труда. Поставила стаканчик с остывающим кофе на край парапета, закурила и присела на пенёк. Прямо Маша, только пирожков не хватает.

Сигарета тлела, кофе стыл, а я думала о всякой ерунде, совершенно не обращая внимания на то, что творилось вокруг. Ушла глубоко в себя, но вдруг какой-то звук заставил насторожиться. Голоса, показавшиеся мне смутно знакомыми, донеслись до слуха, и я напряглась, прислушиваясь.

С каждым мгновением я всё чётче понимала, что отлично знаю этих болтунов, скрытых от посторонних глаз ночной тьмой.

Я выбросила сигарету, оставила ставший ненужным кофе и, пригнувшись, чтобы меня не заметили нечаянно, пошла на звук.

Чувствовала себя разведчицей и чуть не собирательницей сплетен, но я не могла упустить такой возможности: мне нужно было узнать, о чём так ожесточённо спорили Снежана и Толик. В том, что это были именно они, я уже не сомневалась.

Под моей ногой что-то хрустнуло, я замерла в своём укрытии, но они ничего не слышали, до такой степени были поглощены беседой.

— Ты всё отдал, как я просила? — Тонкий голосок Снежаны резал по ушам, до того противным казался, что я поморщилась. — Сам понимаешь, нужно торопиться. Врач сказал, что счёт пошёл на часы.

Толик тем временем что-то пробурчал в ответ, а я вытянула шею, во все глаза глядя на эту парочку. Они стояли у стены рядом с мусорными баками, а тусклый свет фонаря едва падал на них. Но всё-таки я, пусть и плохо, но могла рассмотреть беседующих.

Снежана и Толик — ошибки быть не могло. Вот только зачем прятались?

А ещё они стояли очень близко друг к другу — слишком близко, чтобы это могло считаться приличным.

К сожалению, они снизили громкость до минимума, словно кто-то отключил звук старого телевизора, но разговор не прервали: ещё некоторое время о чём-то шептались, оглядываясь по сторонам.