— Увы, со времени моего последнего визита ничего в особенности не изменилось. Лорд Дарнел ищет сына на пепелище своего преступления, мы ожидаем вестей о славной победе генерала Токрева у Алльтора и столь же славном захвате адмиралом Мороком Мельденейских островов.

Аспект подошел ближе и выговорил едва различимым шепотом:

— И никаких известий о мастере Греалине?

Он всегда спрашивал об этом. Алюций уже оставил попытки выведать, с какой стати аспекту интересоваться кладовщиком Шестого ордена.

— Увы, нет. Все, как и раньше.

Странно, но неизменный ответ, похоже, радовал Дендриша. И сейчас он довольно кивнул и уселся на кровать, взялся за книгу и перестал обращать внимание на гостя.

Как всегда, аспект Элера была полной противоположностью брату по Вере. Элера встала и улыбнулась, приветствуя гостя, вытянула изящные руки:

— Алюций!

— Здравствуйте, аспект! — стараясь казаться спокойным, выговорил он.

У него каждый раз перехватывало дыхание, когда он видел ее грязный серый балахон, который не позволяли заменить, опухшую ногу, стертую кандалами. Но Элера всегда улыбалась и радовалась визитам Алюция.

— Я принес еще мази для вашей ноги, — водружая мешок на кровать, сообщил он. — На Дроверс-Уэй есть аптека. Конечно, она сгорела, но хозяин предвидел беды и спрятал товар в подвале.

— Сэр, вы, как всегда, изобретательны и предприимчивы. Спасибо!

Она принялась копаться в мешке, вытащила горшочек с мазью, сняла крышку и принюхалась:

— О, масло дерева корр и мед. Великолепно. Отличное средство.

Она снова запустила руку в мешок и выудила книгу.

— Мариал! — охнув, восхищенно воскликнула Элера. — У меня когда-то было полное собрание. Наверное, я ничего не читала уже двадцать лет. Алюций, вы так добры ко мне.

— Я стараюсь, аспект.

Она отложила книгу, посмотрела на него. Ее скудный рацион воды не позволял как следует умыться. Лорд Дарнел дал подробные четкие указания насчет того, как содержать узницу, — результат ее нелестных слов при первом и единственном визите лорда в тюрьму. Аспект Дендриш страдал лишь от ограниченной диеты и забвения, а Элеру приковали к стене цепью длиной в пару футов. Но Алюций не слышал от аспекта ни единой жалобы.

— Как ваша поэма?

— Медленно. Боюсь, наши смутные времена заслуживают лучшего хрониста.

— Жаль, — заметила Элера. — Мне так хочется ее прочесть. А как ваш отец?

— Шлет вам привет, — солгал Алюций. — Хотя в последнее время я редко вижу его. Он очень занят исполнением приказов лорда Дарнела.

— A-а. Передайте отцу мои наилучшие пожелания.

«Ну, хотя бы она после того, как все закончится, не назовет его предателем, — подумал Алюций. — Но вряд ли кто-то разделит ее мнение».

— Скажите, ваши блуждания никогда не приводили вас в южные кварталы?

— Увы.