– Мы так рады, что вы вернулись, Ваше Высочество! – сказал он, нервно покручивая длинные усы. – С вами Арден вновь будет процветать и здравствовать!

Посетители таверны дружно загалдели, поддерживая хозяина таверны.

Аврора смотрела на Рэндалла и с трудом сдерживала улыбку оттого, что он зарделся от смущения.

– Куда теперь? – спросила Аврора, когда они, наевшиеся до отвала, вышли из таверны."

"– Идец, – подал голос Рэн, застенчиво поглядывая на Рэндалла. Он по-прежнему был робок в его присутствии, но с каждым днем лед между дядей и племянником стремительно таял благодаря мягкости, терпению и чуткости Рэндалла.

Он опустился на корточки перед ребенком.

– И куда ты хочешь «идец», мой мальчик? – серьезно спросил он, словно говорил не с ребенком, а с мужчиной.

Авроре казалось, что именно в этом крылся главный секрет Рэндалла в общении с детьми. Он говорил с ними на равных, и они сразу проникались к нему доверием.

– Идец хочу, – повторил Рэн и насупился, вытерев нос кулачком, облаченным в рукавицу.

– Мы пойдем, куда скажешь, – поспешил успокоить его Рэндалл.

– Ни падем! Идец хочу! – Рэн топнул ножкой, что было на него совсем не похоже.

Аврору такие изменения очень радовали. Она считала, что мальчику не помешает немного бойкости и дерзости. Рэндалл поднял полный мольбы взгляд. Она не выдержала и расхохоталась. Райнер не понимал причины веселья мамы, но все равно захихикал в унисон с ней.

Рэн же не собирался сдаваться и продолжал требовать «идец».

– Бога ради, скажи, что такое «идец» и где его искать?

– Он просит леденец! – ответила Аврора, заикаясь от смеха.

Рэндалл с облегчением выдохнул, и уголки его губ дрогнули и поползли вверх.

– Пойдем, купим тебе самый большой и сладкий… идец.

– А мне? – тут же вмешался Райнер, нахмурив брови.

– И тебе, душа моя.

– Эй! – возмутилась Аврора и топнула ногой, подражая Рэну.

– Ты тоже хочешь леденец? – спросил он таким игривым тоном, что Аврора уловила скрытый подтекст и зарделась.

– Дурак, – обиженно проворчала она, и Рэндалл засмеялся. – Ты назвал Райнера своей душой.

– Неужто ты и к родному сыну меня ревнуешь?

– Нет, но я хочу, чтобы так ты называл только меня, – серьезным тоном отчеканила Аврора.

– Хорошо. – Рэндалл встал и протянул руку Рэну.

Тот опасливо посмотрел на нее, а потом крепко сжал своей ладошкой. – Ну что ж, идемте, я знаю одно место, где продают самые вкусные сахарные леденцы.

– И маме? – спросил Райнер.

На губах Рэндалла расплылась одна из его хитрых улыбок.

– Даже думать не смей отпускать свои дурацкие шуточки при детях! – прошипела Аврора и почувствовала, как горят ее щеки.

– О чем ты, Аврора? – невинно спросил Рэндалл, хлопая длинными ресницами. – Не надо обвинять меня в своих грязных мыслишках.