— Тебе, Антошка, зубов не хватит, чтобы меня укусить, — фыркаю я и вкладываю свою руку в его теплую ладонь.

Танцевать мне нравится. Следую за музыкой, позволяю себя вести, чувствую его руки на своей талии. Приятно… хотя нет, все равно. Я на его месте представляю совсем другого человека, который неотступно преследует меня весь день.

Я рассматриваю Антона, он в ответ рассматривает меня. Мы играем в гляделки, неспешно двигаясь среди таких же пар.

— Ты красивая.

Сразил. Просто сбил с ног. Гений подкатов.

— Знаю, — снисходительно киваю, едва сдерживая сарказм, который, как всегда, со мной и готов пролиться на безвинную жертву, — ру‑у‑уки.

Его пятерня как бы невзначай, потихоньку начала сползать с талии. Возвращаю ее на место и грожу пальчиком. Надо же прыткий какой.

Антон только смеется. Белозубо так, широко:

— С тобой не соскучишься.

Нежная музыка тем временем заканчивается, снова на весь зал гремят басы:

— Еще по коктейльчику?

— Почему бы и нет, — жму плечами, — только обойдемся без секса на пляже.

— Куда ж без него, — как‑то странно хмыкает брюнет и ведет меня к барной стойке

Глава 2

Демид— Как насчет того, чтобы тряхнуть стариной? — усмехается Артур, глядя сквозь на танцпол тонированное стекло. Из этой комнаты видно всех, но никто не видит нас, и музыка сюда едва пробивается, не глушит басами. Очень удобно.

— Издеваешься? Я вообще не понимаю, как вы умудрились меня сюда затащить.

— Не ворчи. Вот Влад купит себе эту игрушку и будем каждую неделю устраивать вечера для тех, кому за тридцать.

У Влада, как всегда, дури много.

— Зачем Швецову это надо?

— У него свои заморочки с женой. Какая‑то некрасивая история вышла с клубами, он не рассказывает.

Я жалею, что пришел и не могу понять, как вообще позволил себя затащить на столь сомнительное мероприятие.

Пока брат с Швецовым что‑то обсуждают, я подхожу к окну и смотрю на беснующуюся толпу. Пустозвоны.

В их возрасте я пахал уже как проклятый. У меня была цель, и я шел к ней, пробивая лбом стены. Эти не пробивают ничего.

Казалось бы плевать, но после событий с Мелким я критически отношусь к молодым и веселым. В голове у них пусто, и не понятно в какой момент замкнет.

Хочу уже отвернуться, но глаз цепляется за что‑то яркое, рыжее. Острым всполохом проходит по оголенным проводам и бьет наотмашь в солнечное сплетение.

Это она!

Та самая выскочка, которая сунула мне под нос средний палец, а потом свалила, выбесив настолько, что я еще полдня плевался огнем, как гребаный дракон.

Эта нелепица танцевала с каким‑то зализанным хлыщом. Она лишь смеялась и отворачивалась, а он то хватал ее своей лапищей за круглую задницу, то лез с поцелуями. Лапал, как дешевку.

Дешевка и есть.