Смиряюсь с неизбежным и всеми силами пытаюсь не впустить в свое сердце лишние эмоции и сомнения.

Мне кажется, что я готова, но утром все переворачивается вверх дном.

Я тихо собираюсь, молча иду к двери и не нахожу ключей. В сумке нет, на тумбочке нет, в карманах нет. Нигде нет.

— Это ищешь? — позади раздается голос матери.

Она стоит на пороге кухни и у нее в руках мои ключи. Болтаются на колечке, тихо позвякивая.

— Спасибо, — с трудом улыбаюсь, — я думала, что потеряла их.

Тянусь за ключами, но она не отдает, наоборот убирает их в карман.

— А вот это ты не потеряла? — разжимает второй кулак.

В нем полосатый тест. У меня аж сердце до самых колен проваливается. Смотрю на нее, хватая ртом воздух, и ничего не могу сказать. Потом сиплю:

— Это не мое.

— А чье?

— Наверное, Алиса оставила.

— Не-а, — сестра выходит с кухни, — не оставляла.

Боже, я сейчас от стыда сквозь землю провалюсь. Стою, опустив голову, краснею.

Такого позора в моей жизни не было.

— Позволь спросить, куда ты собралась в такую рань.

— К подруге…

Она вскидывает брови, и у меня обрывается в груди. Я никогда не умела врать матери в глаза.

— К врачу.

— Встать на учет?

Отрицательно мотаю головой.

— То есть избавиться решила?

— Так будет лучше.

— Кому? — мать смотрит на меня в упор. Взгляд жесткий, пробивает до самых пяток.

— Всем!

— Ничего подобного. Ему, — кивает на мой живот, — точно от этого лучше не станет.

И тебе лучше не станет. Ты знаешь, сколько девчонок молодых по глупости аборты делают, а потом воют по ночам от содеянного? А сколько из них потом забеременеть не могут? Знаешь?

— А, по-твоему, лучше в двадцать лет стать матерью одиночкой? — голос срывается на крик, — и растить ребенка без мужика?

— Не надо мерить все в этой жизни наличием или отсутствием мужика! Если бы я так делала, то сначала бы Алиску смыла в унитаз, а потом и тебя!

Да, мама никогда не была замужем. Они с отцом сходились, расходились и в итоге разбежались окончательно.

— Это совсем другое.

— Нет. Не другое.

— Мама! Я еще учусь. Третий курс всего! — я на грани.

— Хочешь сказать, что еще маленькая, чтобы иметь своих детей? Что еще не нагулялась? Так, об этом надо было раньше думать. До того, как рогатку начала раздвигать, не заботясь о последствиях. Все, Лерочка, детство закончилось. Пора становиться взрослой и отвечать за свои поступки.

— Да не хочу я! Не хочу! — срываюсь истерику, — и не буду! У меня вся жизнь впереди. Зачем мне все это?

Сейчас сдохну. Мне так больно, что сердце едва бьется.

— А никто тебя жизни лишать и не собирается. Это не конец света.

— У меня институт!

— Возьмешь академ, — спокойно отвечает она, — родишь, потом вернешься и доучишься. Или перейдешь на заочный.