Он успел подставить щит, прикрыв Акима от удара, и не увидел замаха второго подоспевшего конного. Бок обожгло как огнем, и Вася понял, что его ранили, он еще успел увидеть, как на конного метнулся в прыжке Макар, а потом он потерял сознание.

Глава 41

Глава 41. Противостояние.Атман отборной конной роты Мангустов личной гвардии Азум-хана, умело объезжая бледных от усталости бойцов «Змеиной петли», осадил коня, едва не сбив с ног человека в высоком головном уборе. После тяжелого боя тот еще часто тяжело дышал.

— Рад видеть тебя в живых, Такамон, — Мангуст приложил кулак груди, обозначая приветствие, — Я вижу, спешил не зря.

— Ты очень вовремя, Бенак, — полковник снял свой высокий головной убор, достал белый плат и обтер высокий лоб, — Если б не ты, мой полк был бы уже мертв. Спасибо.

— Благодари хана, — скуластое лицо Мангуста, будто вырезанная из дерева личина, ничего не выражало, только в раскосых глазах плескалось свойственное его народу лукавство, будто бы он знает о собеседнике что-то такое, что сам тот хотел бы скрыть, — Мы не могли выйти с тобой на связь. Мне пришлось гнать, не щадя лошадей.

— Мы шли водой, так быстрее, — полковник вынужден был оправдываться перед младшим по званию, — А на воде у нас нет связи.

Мангуст покачал неодобрительно головой, но ничего на это не ответил. Он привстал на стременах, глядя через головы бойцов, замахал рукой, давая кому-то знак. Через минуту к ним приволокли трех пленных.

— Мы тебе еще кое в чем помогли, Такамон, — сообщил Мангуст, — Взяли пленных.

— Они живы? — Такамон с сомнением оглядел бездвижные тела.

— Конечно, — подтвердил Мангуст Бенак, — У мертвых пропадает послужная дорожка. А я хочу посмотреть, откуда взялись эти бойцы.

— Они без сознания, атман, — обратился к Бенаку один из тех, кто притащил взятых в плен, — Один тяжело ранен, его пришлось заморозить. Другой получил обухом по затылку, ничего страшного, но еще не очухался. А третьего сильно помяли, он умудрился ранить нашего воина, когда тот был на ускорении.

— Оголите им левые руки, — приказал Бенак.

Воин достал нож и один за другим взрезал пленникам левые рукава.

— Все из роты Вепря, — сказал он после осмотра, — Один десятник, другие двое — рядовые бойцы.

— И все трое из волчьего племени, — добавил Такамон, стараясь скрыть досаду в голосе. Он еще только начал отходить от горячки боя, но уже накатывало на него осознание позора, сомнений не осталось, его разбил простой десятник.

— То, что все трое волки, еще не связывает их с урским князем, — щадить чувства Такамона Бенак не собирался, — Ты ведь об этом подумал? По мне так они больше похожи на обычных дезертиров.

— Я пока ничего не думаю, — ушел от ответа Такамон, — Я знаю только, что рота Вепря в плену у Гусинов.