— Могу присесть? — спросил Вепрь.

— Пожалуйста, — полковник любезно указал на табурет, — Желаете что-нибудь?

— Обойдусь.

— Как хотите, — полковник закинул ногу на ногу, он лучился самодовольством, — Давайте говорить начистоту, Вепрь. Ваша рота разбита, ваше знамя попало в плен…

Полковник замолк и многозначительно посмотрел на Вепря, Вепрь промолчал.

— Мне всегда нравилась ваша невозмутимость, — продолжил полковник после паузы, — Вы большой знаток устава, насколько я помню. Вам ведь не нужно напоминать, что потеря знамени равносильна потере чести?

Вепрь снова ничего не сказал, однако полковника его молчание не смущало:

— Молчите? Ну хорошо.

Я напомню, для вас это означает, что даже если, подчеркиваю это, ДАЖЕ ЕСЛИ вам удастся когда-нибудь выйти из подвальных застенков, на вашей военной карьере можно ставить крест.

Вепрь и на этот раз промолчал.

— Так и будете молчать? — полковник изящно приподнял бровь. Он явно наслаждался происходящим. Настал час его торжества. Непобедимый Вепрь загнан в угол.

— А что вы от меня ждете? — Вепрь заговорил, когда полковник решил уже, что тот снова отмолчится, — Вы все верно сказали, добавить здесь нечего.

Или… Или вам есть что мне предложить, полковник?

— Может и есть, — полковник поднял, лежащий на столе сверток, и многозначительно покачал его на ладони.

— Я вас слушаю, — Вепрь подался вперед.

— Знал, что вы человек разумный, — в голосе полковника послышалось облегчение, — Я, признаться, боялся, что вас придется уговаривать. Я помню, что вы человек прямой, поэтому буду говорить без околичностей.

Значит так, я возвращаю ваше знамя, вы приносите мне присягу и остаетесь в прежнем звании. Все просто, как видите.

— Действительно, все предельно просто, — Вепрь не сумел до конца отыграть задуманное представление, не выдержал и рассмеялся.

— Какого лешего вы смеетесь? Вы проиграли. Проявите мужество и осознайте это.

— Вы правы, все просто. Одно вы не учли, полковник. Вы забыли, что моего могу атаки зовут Грач-ловкач, подчеркиваю это, ЛОВКАЧ. Проявите мужество и осознайте это, — Вепрь вернул полковнику его собственные слова.

Полковник начал догадываться, что его провели. Он развернул то, что считал захваченным знаменем. Морок развеялся, и полковник понял, что держит в руках обычную грязную тряпку.

* * *

— У них не знамя, а тряпка какая-то, — Аким разглядывал снятый с флагштока стяг Красных Собак, — Одно что дикари.

— Да, ладно. Ну, потрепанное, выцветшее, — заступился Вася, — А все ж какое-никакое, а воинское знамя. Прибери его, Акима, отнесемся с уважением.