Это придало мне сил и я с остервенением принялся пытаться пошевелить еще хоть чем-то. За этим занятием меня и застала вошедшая медсестра.

— Сергей? — удивленно посмотрела она на меня. — Вы очнулись! — тут же удивление сменилось радостью и женщина выглянула из палаты. — Он очнулся! Позовите Льва Ивановича.

Тут же из двери в палату заглянул молодой парень в форме ОГПУ, а следом и полностью зашел внутрь. Медсестра тем временем подошла ко мне и увидев мои попытки пошевелить хоть чем-то, улыбнулась и заговорила."

"— Шевелитесь, это хорошо. Не переживайте, что пока плохо получается. Вы почти три недели были в коме — тело затекло. Вскоре это должно пройти, — тут она заметила ОГПУшника и нахмурилась. — Вы почему здесь? Я же попросила позвать доктора!

— Вы и зовите, а у меня приказ — не оставлять товарища Огнева без присмотра, — отрезал парень.

Женщина недовольно поджала губы и быстро выскочила из палаты. ОГПУшник склонился надо мной и спросил:

— Товарищ Огнев, вы меня слышите? Моргните, если не можете говорить, — я моргнул. — Хорошо. Вы помните, что произошло? — новое моргание. — Как только вы сможете говорить, мы возьмем ваши показания. А сейчас отдыхайте.

«А что мне еще делать? Он бы еще сказал, чтобы я никуда не уходил. Шутник, блин».

Нервы у меня из-за ситуации и такого пробуждения были на пределе. Еще и усталость дикая накатила. Поэтому прихода врача я не дождался, вырубился раньше. Новое пробуждение было немногим лучше предыдущего с той лишь разницей, что на этот раз ОГПУшник сидел в палате и сразу среагировал на мое пробуждение. Он крикнул медсестру, а уже там все же прибежала с врачом.

После быстрого осмотра врач прописал разминать мне мышцы и давать еду. До этого я жил лишь за счет внутривенного питания. Отсюда и слабость с почти полной невозможностью контролировать свое тело — у меня просто на это не было сил.

— Лев Иванович, — остановил доктора, когда тот хотел уже покинуть палату, ОГПУшник. — Когда к нему вернется возможность говорить?

— Как силы появятся, так и заговорит, — пожал плечами врач. — Может уже сегодня, а может только через пару дней. Тут все индивидуально.

После этого он все же ушел. Я еще полежал минут пять, пялясь в потолок и осознавая всю глубину той ж. в которую угодил… После чего усталость вновь взяла свое и я уснул.

* * *— Людочка, Сережа очнулся! — радостный крик мамы Сергея разнесся на всю квартиру.

Люда вскинулась сначала обрадованно, но затем ее взгляд потух. Что она скажет любимому? Что он ответит ей, когда узнает…

— Люда, не время грустить, — забежала в их с Сергеем спальню женщина. — Одевайся, навестим его.

— Идите, Елена Владимировна, а я…

— А ты со мной, — перебила невестку женщина.