— Вы знаете Вальтера? — На лице у Лиды отразилось такое изумление, что Иван даже улыбнулся, хотя ситуация к веселью располагала мало. — И Васю?

— Ну да. С Вальтером мы в одном дворе выросли, так что с детства дружим, — улыбнулся он. — Правда, для меня он всегда был Валеркой Битнером. А с Василисой я тоже знаком, но только с тех пор, как они поженились. Я, кстати, у них на свадьбе свидетелем был. Со стороны жениха. Странно, что мы с вами там не встретились.

— Да я как раз была в самом разгаре своего развода, — махнула рукой Лида, — поэтому на свадьбу и не попала.

Ваня, — она впервые назвала его именно так, и Корсакову даже стало горячо где-то в животе, — а вы правда можете увезти меня в Питер? Вас это не затруднит?

— Ни капельки, — заверил ее Иван. — Я туда все равно собирался съездить, пока Маргарита не приехала. Так что съездим с ней на несколько дней. Я заодно маму повидаю, на работу зайду, а потом уже махнем Новый год отмечать, в деревянной избушке, как Рита спланировала.

Мысль о красотке была Лиде неприятна, но личная жизнь соседа не имела к ней никакого отношения. От смерти спас, таллий сдал, в Питер отвезет — и спасибо.

— А мы можем по дороге Лизу забрать, мою дочку? — уточнила она. — Пусть тоже в путешествие съездит. Может, мы там у Васьки и Новый год отметим. Она звала. А нашим знакомым из ФСБ скажем, что я как раз уезжаю.

— Конечно, отличный план, — с воодушевлением заверил Иван, которому вдруг показалась невыносимой перспектива в Новый год ехать на какую-то закопанную в снегах базу с деревянной избой и баней. Он представил, как было бы здорово отметить Новый год с Валеркой, Василисой и Лидой, и даже зажмурился, такая яркая, полная счастья картинка у него получилась.

 — В общем, вы отпрашивайтесь на работе, предупреждайте дочку и собирайте вещи, — сказал он, расставаясь с мечтой. — Я сейчас предупрежу Риту, в порту закруглюсь, чтобы без меня тут все работало как часы, и завтра в восемь утра встречаемся внизу у подъезда. Хорошо?

— Просто отлично, — заверила его Лида и так радостно улыбнулась, что в комнате будто светлее стало.

Впрочем, уже спустя десять минут он на своей шкуре испытал, что за светлой полосой в жизни всегда следует темная.

Услышав о поездке в Питер вместе с Лидой и ее дочерью, Рита устроила такой скандал, что чертям тошно стало.

— Ты ополоумел! — даже не кричала, а визжала она. — Мы же с тобой все решили, обо всем договорились. Я только вчера проделала такую дорогу вовсе не для того, чтобы завтра тащиться обратно. Если этой твоей убогой сиротке так надо в Питер, пусть купит билет и едет поездом.

— Она не может поездом! — тоже заорал Корсаков. — Ей надо завтра уже попасть в больницу к подруге.