В детстве они с Полетаевым засматривались фильмом «Подвиг разведчика», который до сих пор оба цитировали почти наизусть.

— Ладно, шпион. — Витька довольно засмеялся. — Девушка-то хоть симпатичная?

— Да не в этом дело. — Иван покраснел и втихаря посмотрел на Риту. Разговора она, к счастью, не слышала, но и без того сидела надувшись.

— Рассказывай.

Витька раскатисто засмеялся. Низкие переливы в трубке проникли сквозь мембрану и разлились по комнате. Рита мельком посмотрела в сторону Корсакова и снова отвернулась. Он запоздало подумал, что она теперь полностью в курсе ситуации с Лидой, хотя первоначально он не планировал ее в эту ситуацию посвящать.

Но не в машину же ему было идти разговаривать, в самом-то деле. Внезапно в нем вспыхнуло раздражение, вызванное самим фактом приезда любовницы. Это было некстати. Рита ему мешала, и он ничего не мог с собой поделать.

— Я что-то не помню, чтобы ты раньше кидался спасать дам, — заявил Витька, отсмеявшись. — После того как в шестом классе ты нашел дневник у Светки Огурцовой, которая показательно убивалась из-за его потери, а потом выяснилось, что она сама закинула его на шкаф в кабинете биологии, потому что не хотела показывать родителям записанное там замечание, тебя больше никогда не тянуло на подобные подвиги.

Сколько Светка тогда с тобой не разговаривала?

— Да ладно не разговаривала, она меня шваброй по спине огрела, — тоже засмеялся Иван. — Ладно, Вить, детские воспоминания оставим на потом, звонка от твоих соколов я завтра жду. Спасибо, помог действительно.

— Ладно, держись там, а с девушкой потом познакомь.

Так и запомни, я первый на очереди. Понял?

— На какой еще там очереди? — пробормотал Иван, отчего-то покраснел и отключился.

Ночь он провел не без приятности. Таки подслушивающая его разговор с Витькой Рита прониклась его крутизной, заявила, что он — настоящий мачо и что она в общем-то вовсе не против, что в ее мужчине проснулось человеколюбие и он помогает сирым и убогим. То, что соседка именно сирая и убогая, Рита нарочито подчеркнула дважды, но Иван спорить не стал.

В конце концов, оливковая ветвь была протянута, а затягивать ссору и множить конфликт было совсем не в его характере."

"По сути же он был с Ритой не согласен совершенно. Да, соседка выглядела даже не бледненькой, а с отливом в синеву. Выпадающие волосы, трещины в углах рта и темные круги под глазами не добавляли ей шарма. Но при всем этом бедная, брошенная мужем докторша из районной больницы почему-то вызывала в нем давно забытые эротические фантазии.