— Наша с вами свекровь действительно очень любит свою внучку, поэтому мне кажется, что она тоже должна переехать вместе с ней.

— Куда? — Лида чувствовала, что бьет все рекорды по собственной тупости.

— Да боже мой, к вам, конечно. Вы же все время на работе, ночами дежурите, а нанять прислугу (она так и сказала — прислугу), судя по вашему внешнему виду, — она окинула Лиду долгим оценивающим взглядом, и та тут же снова почувствовала себя древней неопрятной старухой, — у вас вряд ли получится. Да и пенсия свекрови будет вам подмогой. В финансовом плане.

— То есть вы предлагаете мне забрать к себе свекровь, чтобы жить на ее пенсию? — уточнила Лида, к которой, похоже, возвращалась способность соображать.

— Ну да. На алименты-то вы вряд ли сможете рассчитывать.

— Это почему же? — удивилась Лида. — Я не подавала на алименты, потому что дочь живет у отца и бабушки, но я обязательно это сделаю, когда она переедет ко мне. Даже не сомневайтесь.

— Славушка сейчас переходит на работу в частный медицинский центр, — высокомерно сообщила Ирина. — Его туда мой отец устроил. Зарплата там, конечно, гораздо выше, но она неофициальная. Так что особо губу не раскатывайте. Тысячи полторы, не больше, вот все, на что вы и ваше малолетнее чучело можете рассчитывать. Так что забирайте ее из квартиры поскорее. И бабку забирайте. Мне она не нужна."

"— Не сомневаюсь, — призналась Лида. — О своем решении я вам, несомненно, сообщу. — В ее голосе вдруг появились неведомые ранее королевские нотки. Она и сама не знала, что умеет так разговаривать. — Любовь Николаевна тоже сама решит, где и с кем она собирается жить. Кстати, квартира, из которой вы ее гоните, принадлежит ей, а не Славке, так что это вы губу не раскатывайте. На всякий случай еще сообщу, что Лиза там прописана и выписывать я ее не собираюсь. В конце концов, не одна вы думаете о своих детях. У вас они пока мифические, а у меня ребенок уже реальный. Мне от этого морального урода, в которого вы превратили моего бывшего мужа, ничего не надо. Но за права своего ребенка я буду биться до последнего. Без боя не сдамся, не надейся. — Она вдруг перешла на «ты».

— Так вот ты какая, — заверещала вдруг девица. — Славушка мне говорил, что ты дрянь, вампирша, пиявка, которая к нему присосалась и все соки из него выпила. Я с тобой по-человечески договориться хотела. Но раз ты так… Да я твою маленькую стерву отравлю, поняла? Или ты ее заберешь немедленно вместе с этой старой козой, твоей свекровью (она так и сказала — твоей), либо я им клофелина подсыплю. У меня тоже медицинское образование имеется. Не у тебя одной.

— Пошла на… — неожиданно для себя выпалила Лида, которая никогда-никогда не использовала бранные слова, считая свой лексикон достаточно богатым, чтобы обходиться без них.